Внутри словно бы кто-то сжал стеклянную ёмкость с ядом, да так сильно, что она пошла трещинами, и яд пополз наружу, колким холодом разливаясь внутри по венам, сковывая движения, пробуждая ужас, заставляя кривиться от боли.
Нет, не позволю! Не позволю всё испортить! Назад. Назад!
Об осьминоге над головой я забыла. Всё внимание досталось холоду внутри меня. Мало-помалу он отступал, стягивался обратно в сосуд безо всяких трещин, успокаивался и стихал.
Несмотря на ветер, я вспотела. Не столько от усилий, сколько от страха.
Никогда не прощу этого мужу. Никогда не прощу, что он намеренно заразил меня этим.
Спрут, до сего момента чего-то ожидавший, шарахнулся вверх. В небе расплылась ярко-голубая плотная туча чернил.
Я опустила руки.
Ци-шри исчез.
Я была близка к панике. Об этом никто не должен узнать! Не о спруте, нет. А о проклятой заразе! Она в последнее время спала и не тревожила меня, но откликнулась на появление ци-шри — именно мною призванного ци-шри! Не ею ли заинтересовался спрут? Почему он кружил надо мной так долго, почему именно в тот момент зашевелилось это проклятие?! Как они связаны? И связаны ли вообще?!
— Всё хорошо, Лори?
Я подняла глаза на Ингрена. Он выглядел немного обеспокоенным.
— Да, вполне. Благодарю за участие, ваше высочество.
— Это вы прогнали спрута?
— Хотела, но не успела. Он сам ушёл.
Взгляд зацепился за перстень с янтарём на правой руке принца. Камень заметно светился внутри, и я невольно подумала, а не артефакт ли это?
Точнее, это артефакт, без сомнения. Но вряд ли Слеза Бездны — по описаниям, которые я когда-либо встречала, она должна быть прозрачной и источающей холодное белое сияние. Но кто знает? Вдруг это ложное описание, созданное для защиты артефакта?
— Это было впечатляюще, Лори, — улыбнулся Ингрен. — Вы заслужили отдых. Пожалуйста, следуйте в тепло. Нельзя, чтобы вы простудились.
— Я ведь справилась? — почему-то спросила я. Справилась, конечно! Но вот на каком основании будет принято решение, кого отсеять?
Должно быть, в моём взгляде отразилась такая надежда, что принц проникся.
— Справились, — кивнул он благосклонно.
— Спасибо…
Это я произнесла уже шёпотом.
Лалли наверняка в ярости. Мой спрут совершенно точно затмил её кита.
— Это было впечатляюще, — повторила за братом принцесса Айгви, и её светский тон совершенно не вписывался в полутьму коридора и компанию, состоявшую из меня одной.
— Благодарю, ваше высочество.
— Есть вероятность, что ваш призыв склонит симпатии Ингрена на вашу сторону. Призвать образ Отца в такой момент — это серьёзная заявка!
По ровному тону голоса принцессы было сложно понять её настрой. Её огорчил мой призыв? Или, напротив, она осталась довольна?
— Это произошло случайно. У меня не было намерения призвать именно спрута. Да и вызвала я просто образ Отца, а не его самого. Это просто ци-шри… Ваше высочество, позвольте вопрос!
— Я даже догадываюсь, какой. Спрашивайте.
Я замедлила шаг.
— Это ведь задание, с которым справятся все. Оно простое, а слабых здесь нет. На каком основании будут выбывать участницы?
— Брат не делился со мной критериями, по которым будет выбирать слабейшую. Наверное, потому что в первую очередь вопросы будут задавать мне, — усмехнулась принцесса. — Поэтому я в том же положении, что и вы.
— Возможно ли, что его высочество будет руководствоваться решением артефакта? — не унималась я. — Не поймите превратно, ваше высочество, но хочется некоторой определённости в такого рода испытаниях, чтобы хотя бы понимать, на что рассчитывать…
Вдруг принцесса резко остановилась и развернулась ко мне, и я чуть не натолкнулась на неё.
— Да, возможно, в некоторых моментах мой брат будет прислушиваться к артефакту, — сказала она. — Но я хочу, Маури, чтобы вы понимали одну вещь. Здесь действительно нет слабых. Для моего брата не пригласили бы слабых! И именно по этой причине Ингрен не делится критериями отбора даже со мной. Согласитесь, это выглядело бы игрой в поддавки. Более того — это и было бы игрой в поддавки! Для таких сильных девушек, как вы, оскорбительно знать наперёд что-то, что касается испытаний. Надеюсь, я ответила на ваш вопрос.
Ох, так это с заботой о нас! Как милосердно.
— Да, ваше высочество. Больше вопросов нет.
Принцесса смягчилась.
— Я ожидала, что кто-то спросит об этом. Поэтому не волнуйтесь. Я думала, что об этом заговорит Лалли, но она, видимо, постеснялась.
Мы дошли до той же самой комнаты с огромными окнами, куда принцесса проводила нас вчера. Судя по раскиданным во все стороны подушкам и перевёрнутому столику, кое-то пережил вспышку ярости.
— Ты! — рыкнула Лалли, стоило мне появиться в комнате. Её горящий взгляд чуть не спалил меня на месте, однако и я не стог сена, чтобы заняться пламенем от одной искорки. — Тебе же повезло, да?! Почему именно тебе?! Теперь тебя оставят здесь!
— Везение — тоже талант, — заметила я. — А мы ведь здесь все как на подбор талантливые.
Сняла маску и с облегчением вытерла лицо платком.
— Да уж, талант, — откликнулась Эби-Ши. — Меня вон подушками закидала. Зато мягко стало.
И выразительно поёрзала на вышеупомянутых подушках.
