— Сторож ничего не видел. Теперь вы в безопасности.
— Спасибо вам.
— Позаботьтесь хорошенько о сыне Абигейл. Лондон будет нуждаться в таких, как он, после того как чума утихнет.
Запыхавшись, Джулия прибежала в мастерскую за две минуты до начала комендантского часа. Все женщины обступили спящего младенца. Одна из них отнесла его в помещение для ткачих и начала кормить, смачивая тряпочку молоком. Алиса принесла запас еды для работниц и ушла домой еще до начала комендантского часа. Как и предполагала Джулия, некоторые женщины привели с собой родных и близких. Одна не могла расстаться с младшим братом, другая — с двумя сестрами, а третья — с подругой детства. Чужаки немного робели.
— Кто-нибудь из вас вступал в контакт с больными чумой? — спросила Джулия строгим голосом. Все отрицательно покачали головами. — Очень хорошо. К счастью, у меня хватит справок о здоровье для всех вас. Но вы должны следовать тем же правилам, что и остальные.
Потом они поужинали, запивая еду элем. Джулия пошла в помещение для ткачих. Взяв младенца у женщины, которая ухаживала за ним, она велела ей идти ужинать. Стемнело. Джулия присела с ребенком у окна, не зажигая свечи. Вдруг она услышала звон колокольчика и зловещий крик:
— Выносите мертвых!
Инстинктивно она прижала к себе спящего младенца и стала смотреть на идущего по улице человека с колокольчиком и двух сборщиков трупов, следующих за ним. Эти явно пьяные мужики вели лошадей, запряженных в телеги, на которых лежали трупы. Дежурный сторож отпирал те дома, где имелись мертвые. После того как открывалась дверь, из нее появлялись люди, несущие свой скорбный груз. Из некоторых домов выносили по два, а то и по три мертвеца. Затем сторож загонял плачущих людей назад в помещение и шел к следующему дому, который также посетило горе. Нескоро еще затих вдали звон колокольчика.
Утром женщины, волнуясь, прощались с Лондоном. Некоторые из них стали спорить, кому нести младенца. Что до девушек, то те постарались одеться понарядней. Наконец-то они могут без боязни встречать новый день.
Утро выдалось теплое. Они в отличном расположении духа покидали мастерскую. Люди с удивлением смотрели на женщин, слыша смех и веселую болтовню. Жгущие костры люди, а также торговцы фруктами, овощами и рыбой обменивались с ними приветствиями. Несмотря на постигшее их несчастье, лондонцы вовсе не собирались голодать и многие жители продолжали заниматься своими привычными делами.
Перейдя через Лондонский мост, женщины закричали: «Ура!». Некоторые начали танцевать. Но, пройдя пять миль, кое-кто уже с трудом волочил ноги, жалуясь на усталость и жажду. Теперь только две женщины и Джулия по очереди несли младенца, которого все называли просто мальчик, потому что у него еще не было имени. Джулия позволила им отдохнуть в таверне у дороги, хозяин которой, после того как ему показали справки о здоровье, дал им хлеба, сыра и эля. К счастью, у него нашлась одна лошадь, и Джулия наняла ее. Теперь женщины могли везти ребенка. Они вновь стали спорить, кто будет держать его на руках.
Постепенно в распоряжении Джулии оказалась дюжина лошадей, которых ей давали в разных городках и деревнях. Почти никто из работниц не умел ездить верхом, и они кое-как держались в седлах. В то время, когда одна женщина сидела на лошади, другая вела животное под уздцы. Возможность отдохнуть таким образом подняла дух работниц. Восседая в седлах, они гордо поглядывали на несчастных людей, не обладающих справками, которых останавливали на мостах и у кордонов, в то время как их пропускали беспрепятственно.
Целый день они продвигались вперед миля за милей по пыльной дороге, пока Джулия не увидела на противоположном берегу какой-то речушки повозки из Сазерлея, поджидающие их. К счастью, на их пути оказался кордон, иначе многие женщины бросились бы в воду, обезумев от радости. Они ждали, пока Джулия показывала справки стражникам, которые, как и повсюду, были местными жителями, вооруженными мушкетами и саблями, оставшимися у них со времен войны.
— Я не хочу рисковать, — сказала она стражникам. — Поэтому все мои женщины сейчас пойдут в кусты, разденутся там, омоются в реке и оденутся в новую одежду, которую привезли с собой мои кучера и слуги. Они ждут нас на той стороне реки. Я попрошу вас отвернуться.
Стражники рассмеялись, но согласились отвернуться. Один из них спросил Джулию, как она распорядится своей одеждой.
— Сожгу ее, — сказала Джулия.
Сначала женщины шумно протестовали против купания:
— Вода в реке холодная! Стражники и слуги будут подсматривать!
— Кучера не посмеют этого делать, а стражники находятся далеко от вас.
Тут Джулия увидела, что брат одной из работниц не желает идти к реке.
— Я не буду раздеваться при женщинах, — заявил он решительно.
Джулия крикнула одному из конюхов:
— Я думаю, Молли дала вам какую-то мужскую одежду. Найди там куртку и бриджи.
Потом она обратилась к старшему кучеру, который слез с козел кареты Паллистеров:
— Мне нужна самая легкая повозка. Переправь ее на эту сторону реки. Я поеду в Лондон и заберу еще двух женщин.
— Я отвезу вас туда, госпожа.
