— Я сам решу, что и когда мне делать, — огрызнулся Евгений и обратился ко всем: — Ввиду всего, что оставаться рядом с мертвыми телами удовольствие небольшое, я предлагаю всем переехать жить в банные комплексы и еще раз пройти любой обряд по вашему выбору, чтобы немного сбросить стресс и ужас происходящего. За счет заведения, разумеется. Вы можете остаться ночевать прямо в той бане, где будете проходить обряд. Да, там нет полноценных кроватей, но как показывает практика, время можно провести неплохо и на сеновале.
— А что, Лидок, пошли на сеновал? — оживился Гена, а Лида в ответ улыбнулась сквозь слезы.
— Почему бы не предоставить тем, кто приехал парами, возможность выбрать себе новое место жительства первыми? — широко улыбаясь, предложил Даниил, а Анна с трудом подавила тяжелый вздох. Гениальный план. Только вот все остальные-то останутся тут.
— Хорошая идея, — кивнул Евгений, а Калинин обратился к своей спутнице:
— Анжелика, радость моя, почему бы тебе самой не выбрать комнату для нас? Или уже для вас с Гаврилом?
— Папа-кот, — тут же надула губки Анжелика, — что ты такое говоришь?
— Что вы себе позволяете? — немедленно взорвался Гаврил, а Калинин махнул рукой.
— Ладно, шучу, могу я себе позволить минутку ревности? Идите, дети мои, выбирайте жилье, а я еще по соточке накачу.
— Папа-кот, ты слишком много пьешь, — обеспокоилась спутница Калинина, но тот послал ей воздушный поцелуй.
— Не волнуйся, радость моя, на меня это никак не влияет. Иди, я выпью, а потом пойду вещи сложу, — после этой фразы он кинул красноречивый взгляд на Анну, но та его нарочито проигнорировала.
— А вы, Анна, не хотите выбрать себе жилье? — нервно поинтересовался Евгений.
— Я неприхотлива, возьму, что останется.
Когда все гости вместе с Евгением удалились — впереди всех бежала Кассандра, побоявшись быть обделенной, — Калинин, опрокинув в себя еще одну стопку коньяка, решительно поднялся по лестнице. Чуть помедлив, Анна последовала за ним. Когда она подошла к номерам, продюсер уже стоял возле двери в комнату Гены и Лиды и нажимал на входную ручку.
— Стойте на шухере, а я пока все осмотрю, — распорядился он.
— Вы уверены, что справитесь после такого количества выпитого?
— Шутите? — Калинин скрылся в комнате, а Анна, удостоверившись, что внизу никого нет, вошла за ним.
— Что вы делаете? — зашипел Калинин, уже открывающий тумбочку с Лидиной стороны. — А если они вернутся?
— Дверь открыта, слух у меня хороший, а так будет быстрее, — отбила подачу Анна и открыла шкаф парочки, в котором не нашлось ничего интересного — одежда, чемоданы. Несколько спортивных костюмов Гены, скромные платья Лиды, к которым, впрочем, прилагалось игривое нижнее белье.
В тумбочке у Гены обнаружился только планшет, а у Лиды лежали исторический справочник и блокнот с многочисленными шифровками. Кажется, они действительно не обманули, Лида была генеалогом.
— Фу так жить, — резюмировал Калинин, — ни скелетов в шкафу, ни топора, ни даже…
Он осекся и посмотрел на Анну.
— Топора, — повторил он.
— Что «топора»?
— Где убийца Алены взял топор?
— Где-нибудь во дворе, видимо.
— Вы здесь видели где-нибудь топоры?
— Я нет, но я и не искала.
— Вот именно. И я нет. А тот, кто его нашел, знал, где искать.
— Вы что же, намекаете, что это кто-нибудь из бабушек или же Евгений с Дарьей зарубили Алену? — удивилась Анна.
— Ну бабки это вряд ли, для этого сила все-таки нужна. А вот Евгений… — он задумался, и в этот момент на лестнице послышались шаги.
— Кто-то идет!
Анна пулей вылетела из номера Гены и Лиды и кинулась к своей комнате. Калинин поспешил за ней, и не успела Анна захлопнуть дверь, как он ужом проскользнул в ее номер и толкнул дверь ногой, закрывая.
— Вы с ума сошли? — ахнула Анна.
— Что вы как красная девица? Не собираюсь я посягать на вашу честь, даже не мечтайте, — понизил голос Калинин, прислушиваясь к шуму за дверью.
— Я, вообще-то, хотела отдохнуть, — возмутилась Анна. — День выдался нервный, знаете ли.
— На том свете отдохнете, — мрачно пошутил Калинин и обратил внимание на книгу, лежащую на тумбочке у Анны. Он подошел и взял ее в руки. — Сомерсет Моэм «Театр». Интересный выбор. Вы имеете какое-то отношение к искусству?
— По-вашему, книги про театр читают только люди искусства?
— Нет, но все же выбор несколько удивителен. В наше время почти не читают классику, а жаль.
— Да, жаль, — кивнула Анна, — в ней можно найти ответы на многие вопросы.
— А вот Грета читала классику, — задумавшись, проговорил Калинин.
— Грета? — переспросила Анна.
— Да. Она вчера твердила фразы из «Макбета». Поразительно. Вот уж кого не заподозришь в любви к Шекспиру, так это покойную. Анна, а вы ведь так и не сказали, кем работаете, — он вперил в нее пристальный взгляд, от которого Анне стало не по себе.
— Даниил, если вы меня в чем-то подозреваете, вы можете прямо сейчас обыскать мою комнату и успокоиться. Я не буду вам мешать.
— Я всех подозреваю, — любезно сообщил Калинин.
— Это называется «паранойя», но не переживайте, сейчас это лечится.
