У Марины не было возможности доказать информатору, что Оуэну можно доверять. Она и сама не очень-то понимала, почему так ему верила. Оуэн не относился к тому типу людей, которые обычно становились ее друзьями. У него не было долговременных отношений ни с одной женщиной, зато Марина знала нескольких, кто люто его ненавидел. Оуэн был настоящим адреналиновым наркоманом, человеком, который считал, что было бы весело, например, пробраться в Северную Корею, если представится такая возможность, и это делало его непредсказуемым. За свою жизнь он нарушил такое количество норм и правил, что хватило бы на несколько увольнений с работы и арестов. До Марины докатывались слухи, что на самом деле Оуэна все-таки уволили из «Уолл-стрит джорнел», несмотря на его журналистские регалии и награды, которые он получил, работая там. Поговаривали, что главный редактор ему больше не доверял: слишком уж часто приходилось выручать Оуэна Барри из переделок. В общем, проблем от него было больше, чем пользы.
Но Марина работала с Оуэном уже много лет и знала, что, когда дело доходит до работы над стоящим материалом, его целеустремленность не знает границ. Его нельзя было подкупить, сбить с курса, соблазнить взяткой; он скорее умрет на месте, чем выдаст свой источник информации. Оуэн Барри был настоящим журналистом. Истина для него была выше всего на свете.
«У меня есть коллега, который мог бы нам помочь, – в конце концов напечатала Марина. – Он может создать базу данных с многоуровневой защитой; его техническая квалификация позволяет быстро обрабатывать огромные массивы информации. Он уже делал это прежде, проводя расследования сопоставимого масштаба. Его зовут Оуэн Барри. Он много лет проработал в “Уолл-стрит джорнел”, а в данный момент ведет вебсайт под названием “Деливерэбл”. Я уже сотрудничала с ним раньше и доверяю ему».
Марина отослала сообщение и стала ждать. В машине было холодно, изо рта шел пар. Чтобы согреть ладони, она начала тереть их друг о дружку. Время шло, истекали секунды, минуты… Если информатор занервничает, он может просто испариться, исчезнуть, как привидение. Он может обратиться к другому журналисту, может залечь на дно.
Марине оставалось только надеяться на то, что она не совершила роковой ошибки.
«Готовы ли вы доверить ему свою жизнь?»
«Да, – ответила она. – Я доверила бы Оуэну свою жизнь».
«Хорошо. Вы готовы принимать данные? Их очень много. Больше террабайта».
«Готовы».
«Вы начнете получать их в течение ближайших нескольких часов. Вам удалось выяснить, с кем говорил Данкан Сандер перед смертью? Мы должны быть крайне осторожны, чтобы не повторить ошибку, которую совершил он».
«Мы работаем над этим сейчас, – ответила Марина. – И ошибки не допустим, можете мне поверить. Мы оба знаем, какие ставки в этой игре». Она вдруг подумала о Мэтью Уэрнере. Марине никак не удавалось отделаться от ощущения, что он каким-то образом связан со всем этим. Мэтью умер в тот же день, что и Данкан; слишком подозрительное совпадение, особенно если учесть, что погиб он в авиакатастрофе вместе с важным клиентом крупнейшего банка Швейцарии и фирмы «Шмит&Мюллер». Ведь кто-то в «Шмит&Мюллер» искал крота. А что, если они подумали, что это – Мэтью Уэрнер?
Марина решила не спрашивать об этом у источника: не хотела, чтобы он подумал, будто она старается выведать, кто он и где находится. Она сама займется расследованием обстоятельств смерти Мэтью. Марина мысленно пометила: сделать это сегодня же вечером.
«Чем раньше информация будет опубликована, тем скорее мы покончим со всем этим».
«Согласна. Мы в деле».
«Берегите себя».
«Вы тоже».
В окошко машины постучали, и Марина вздрогнула от неожиданности. Подняв глаза, она увидела, что с улицы на нее смотрит молодой парень в форме департамента полиции округа Сомерсет.
Она опустила стекло.
– Марина? – неуверенно улыбаясь, спросил он.
Марина улыбнулась в ответ. Хоть они с Майлзом Леонардом не виделись со школьных лет, она сразу же его узнала. За эти годы его рыжая шевелюра потускнела, сейчас она была рыжевато-соломенной, а сам он из худого долговязого подростка превратился в импозантного мужчину с широкими плечами и небольшим животиком. У Майлза были те же голубые глаза, та же мягкая улыбка, которые запомнились ей со времен учебы в начальной школе Лейквилла. Какое-то время Майлз и Марина жили через улицу друг от друга. Его мать, Сандра Леонард, дважды в неделю отвозила Марину в школу и забирала оттуда, когда ее мама была на работе. Глядя на лицо Майлза, Марина вспомнила ванильный аромат духов его матери и вкус печенья с арахисовым маслом, которое они жевали на заднем сиденье автомобиля, возвращаясь из школы домой. Летом, перед тем как дети перешли в шестой класс, Сандра подала на развод с отцом Майлза. Сын переехал вместе с ней в Сомерсет, где Сандра устроилась на работу секретаршей в местное отделение полиции. Благодаря фейсбуку Марина знала, что Майлз недавно получил должность детектива полиции округа Сомерсет. Ей даже в голову не приходило, что они когда-нибудь снова увидятся и он сможет ей чем-нибудь помочь.
