– Ты это сказал Елене, и я понятия не имею, зачем ты так сделал!
– Что тебя удивляет?
– Меня удивляет, что ты не поинтересовался моим мнением! – киплю я.
– Зачем мне им интересоваться, если я и так знаю, что ты будешь против? – изумляется Крамер. – Ты вообще собираешься выходить из машины?
Именно. Я артачусь и не покидаю салон, хотя мы уже давно стоит возле дома.
– Нет, только после того, как ты отвезешь меня домой.
– Ведешь себя как истеричка, – морщится он. – Ты же сама хотела познакомиться поближе.
– Не поближе, а обсудить границы!
– Ну так иди и посмотри на свои будущие границы, – злится Крамер, но отчего-то продолжает настаивать. – Напоминаю, тебе тут жить. Есть какая-то разница, завтра ты посмотришь или сейчас?
Я бы очень хотела проявить твердость и несгибаемость, но есть одно маленькое «но». Еще на подъезде к дому Елены я понимаю, что мне очень нужно по-маленькому. И все то время, что я препираюсь с Крамером, я оцениваю, довезу ли я до дома свой ценный груз. По всему выходит, что нет.
И теперь круг замыкается. Я так рьяно отказываюсь зайти внутрь, что, если вдруг я рысью побегу в дом, это будет очень стремно. Признаваться, что мне приспичило, я тоже не собираюсь. Понимаю, что это детский сад, но ничего поделать с собой не могу. Мне неловко. А продолжать настаивать на немедленном отъезде – вообще плохая идея. Иначе я бы давно уже вызвала такси.
Простой и очевидный выход из положения я отвергаю, а найти другой способ решить мою проблему напоминает безуспешную попытку натянуть сову на глобус.
Я все больше злюсь на Крамера, но, так и не придумав, как сохранить гордость, я стряпаю выражение лица «Ой, все!» и выхожу из машины, звучно хлопнув дверцей напоследок.
Тимур театральным жестом воздевает руки к вечернему небу.
– Я сейчас вспомнил, почему до сих пор не женат.
– Потому что женщины отказываются переступать порог твоего дома? – спрашиваю язвительно.
Да давай уже переступим, чего ты ключами так долго гремишь! Еще немного, и я начну притопывать ногой.
– Кто б их еще сюда привозил, – усмехается Крамер и наконец отпирает дверь.
Шустро просачиваюсь внутрь.
– Так я первая? Какая честь!
Тимур нажимает какие-то кнопки на настенной панели, и холл наполняется светом.
– Не переживай, ты еще посмотришь на потолки в моей городской квартире, – «успокаивает» он меня.
– Утоли мое любопытство. Ты себя специально так мерзко ведешь?
– Других все устраивает.
Других! Устраивает! В настоящем времени!
Ах, да! У него же и девушка есть! Интересно, она тоже будет жить с нами? Козел.
Но это не мое дело, как он организует свою личную жизнь, не понятно только одно: какое право Крамер имеет требовать верности от меня в этом фиктивном браке при наличии действующей девушки?
Бедная девица! У нее тоже будет вынужденный целибат? Или Тимур к ней по графику будет ездить, чтоб она на стенку не полезла? Ей прямо-таки несказанно повезло. Оп, и ее одномоментно подвинули в брачной очереди на второе место. Так сказать, пролонгировали невесту: «Вы – следующая».
Черт с ним, с Крамером.
– Где можно помыть руки? – это сейчас самый насущный вопрос.
Мне указывают направление, и я с независимым видом устремляюсь туда, стараясь делать это не слишком поспешно.
Завершив свои дела, я изрядно добрею. И обратный путь я прокладываю, уже оглядываясь по сторонам.
Как дизайнер интерьеров, отдаю должное тому, кто поработал над обстановкой. Первый этаж, раскинувший передо мной, обставлен красиво, со вкусом и явным желанием сохранить комфорт. На первый взгляд все очень соответствует Крамеру. Все такое же дорогое, лаконичное и какое-то подчеркнуто мужское.
– Мои аплодисменты дизайнеру, кто разрабатывал проект?
Мне действительно интересно, все стоящие специалисты в нашей сфере известны и имеют свой почерк, а тут я теряюсь. Даже предположить не могу, кто это.
– Я, – Крамер отвечает так лаконично, что я не сразу соображаю, что он имеет в виду.
– Ты? – не верится.
С запозданием припоминаю информацию о будущем муже, которую я почерпнула из интернета. По первому образованию, Крамер, кажется, архитектор. Только вот он производит впечатление бизнесмена до мозга костей.
Тимур вовсе не похож на тех парней, с которыми я училась. От таких как он, я инстинктивно всегда старалась держаться подальше. Нет, у нас, конечно, было несколько мажоров, но это была инфантильная версия.
Правда, помнится, после одной из лекций ко мне подвалил какой-то тип чрезмерно брутального вида, от которого я не очень красиво смылась. Кристинка ахала, как я могла пренебречь его вниманием, это же тот самый выпускник, по которому все девки старших курсов до сих пор сохнут.
Если б его разглядела, может и не убежала бы, ляпнув ему какую-то гадость, вдруг там красавец неземной с чудесной душой, но в тот день я была без контактных линз, а при моем минусе это катастрофа. И я просто испугалась этого нахала, который сразу распустил руки.
– Очень красиво, – нахожу в себе силы честно признать заслуги Крамера.
