Гаяне внимательнее пригляделась к двери, за которой спряталась Яна. Обшита деревом, да, но кому, как не ей, знать, что внутри железная пластина. Бункер же. Тут и у кладовой железная дверь, и в кухне, которая также переделана под погреб и заставлена стеллажами с бутылками.
«Кладовая!» – вдруг взорвалось в голове Гаяне.
Там наверняка должны быть инструменты, так? А с инструментами можно раскурочить любую дверь, даже железную.
Гаяне бросилась в кладовую. В мгновение ока поскидывала все, что видела, с полок на пол. В углу и правда нашелся пластиковый чемодан с инструментами.
– То что надо! – радостно взвизгнула она и поспешила обратно.
Достала тонкую загогулину непонятного назначения и попыталась засунуть ее в замочную скважину.
Когда Гаяне начала попытки взлома, из-за двери раздалось паническое:
– Ты что делаешь?
На это она лишь посмеялась и продолжила свое черное дело.
Замок не поддавался, но Гаяне не собиралась сдаваться. Пробовала один инструмент за другим в попытках вскрыть нехитрый механизм.
– Пожалуйста, не надо! – пищала за дверью невестка.
Но Гаяне не обращала внимания на жалкие визги. Она во что бы то ни стало выковыряет эту курицу из туалета, а потом разберется с ней по-взрослому. Беременная тетеха ей не противник.
Яна все продолжала пищать, а Гаяне делала свое черное дело.
Она потеряла счет времени и попыткам. Совала в замок разные инструменты, пыталась поддеть злосчастный механизм и так и этак.
За дверью уже не слышалось никаких звуков.
– Эй, ты жива? – с издевкой спросила она у невестки.
Но та больше не отвечала ей.
Может, и к лучшему. А еще лучше, чтобы с ней там случился удар.
Ведь мыши иногда умирают от страха, так? Гаяне слышала где-то, что их сердца разрываются от напряжения. Чем Яна не мышь?
Она удвоила усилия.
И вот, когда замок вроде бы стал поддаваться, Гаяне вдруг услышала какой-то странный звук. Очень похоже на телефон. Но здесь ведь не работают телефоны!
Гаяне отложила инструменты, отошла от двери туалета, прислушалась.
Снова этот звонок. Пи-пи-пи…
Пошла на звук и скоро увидела у двери в бункер трубку стационарного телефона. Она пищала, мигала красным светом.
Телефон внутренней связи! Как она могла про него забыть? Это был единственный способ связаться с бункером. Вторая трубка висела у входа в подвал с другой стороны.
Кто звонит? Слуги точно не стали бы тревожить Гаяне. А значит, это…
Гаяне похолодела.
Глянула на часы – еще слишком рано. Чертовски рано для того, чтобы любимый вернулся домой. Она ждала его лишь вечером.
Она не успела…
Впрочем, кто сказал? Давид все равно не сможет быстро открыть дверь, а когда откроет, все уже будет кончено.
Ей просто нужно выиграть немного времени, так? И она любой ценой его выиграет.
– Давид, это ты? – взвизгнула она в трубку. – Как хорошо, что ты пришел! Пожалуйста, попробуй открыть дверь бункера, что-то случилось с замком, и я не могу открыть его изнутри…
– Гаяне, хватит врать, – строго отчеканил Давид. – Я видел по камерам, как ты спускалась в бункер сегодня днем. Ты перепрограммировала дверь, так? Не делай из меня дурака…
– Я ничего не перепрограммировала! – тут же заявила она. – С чего бы мне это делать?
– С того, что сегодня я имел неудовольствие говорить с Китаняном. Знакомая фамилия, сестричка?
Внутри у Гаяне все похолодело. Этот старый хрыч сдал ее? Но как он посмел? Он же обещал этого не делать… Она расплатилась с ним телом за то, чтобы он оставил ее участие в секрете. Терпела его ласки, старческий запах, его член в заднице, в конце концов!
Как ей оправдаться перед Давидом? Он же не дурак, ни за что ей теперь не поверит. Весь тщательно выверенный план шел псу под хвост. Сегодня не ее день! Что ни сделает, все не так…
– Ты знаешь, что я рано или поздно открою эту дверь, Гаяне, – цедил в трубку Давид. – Ты не сможешь там прятаться всю жизнь! Не глупи, открой!
Гаяне представила, как Давид ворвется сюда и прибьет ее своими здоровенными кулачищами. И тут ее мозг заработал с космической скоростью, как всегда бывало в экстремальных ситуациях.
– Ты забыл, что я тут с Яной? – нервно усмехнулась она. – Только попробуй начать пилить дверь, и я прибью эту сучку!
– Не трогай ее! – взревел Давид.
– Что, жалко эту тварь? А меня тебе не жалко? Я тебя годами обихаживала, и что получила? – Гаяне сорвалась на крик. – Ты женился на какой-то мрази, а меня пихаешь замуж за урода…
– Прости, Гаяне… – вдруг сказал Давид.
Она осеклась, гадая, с чего бы любимому так быстро поменять тон?
– Я не должен был указывать тебе, с кем связывать судьбу. Я был неправ, сестричка…
Ох, как приятно было Гаяне услышать эти извинения. Бальзам для ее израненной души. Да, она не поверила, но все равно стало чуточку легче дышать. Невольно на глаза навернулись слезы. Давид перед ней извиняется? Такое уж точно впервые.
– Ответь мне только на один вопрос, – вдруг попросил он грустным голосом.
– Какой? – спросила она со всхлипом.
– Зачем ты спуталась с Китаняном?
Гаяне замерла, соображая, как бы лучше себя оправдать. Может быть, еще не все потеряно?
