— Думаю, отношение к деньгам в основном определяется характером человека. Щедрость и жадность во всех сословиях распределяются в равном соотношении. В моем случае я быстро поняла, что не стану обманывать честного торговца, пытаясь сэкономить пару монет, только потому, что мы потеряли свое состояние. А ведь некоторые очень богатые люди из числа моих знакомых не гнушаются подобным обманом! Ой, вот, например, леди… — Хелен запнулась.
Мистер Дарси поощрительно улыбнулся.
— Да?..
— Не хочу называть имен, это низко. Она не сделала мне ничего плохого.
— Уверен, я не знаком с этой дамой, — сказал мистер Дарси, побуждая Хелен продолжать.
— Тем больше оснований не упоминать ее имени, — быстро парировала Хелен. — Вы не заставите меня сплетничать, мистер Дарси, даже не пытайтесь.
— Виноват. Продолжайте, прошу вас. Убедившись в его искреннем раскаянии.
Хелен вернулась к своему повествованию. Мистер Дарси оказался идеальным кавалером. Ни разу он не дал ей повода ощутить неловкость оттого, что она находилась в обществе почти незнакомого мужчины. Держался он безукоризненно: учтиво подвинул ей стул, помог сесть, наполнил бокал, угощал замечательными блюдами, приготовленными миссис Коутс, поддержал разговор, не допуская ни малейшей двусмысленности. Обращался он к ней с неизменной почтительностью, но без излишней фамильярности, отчего Хелен почувствовала себя уверенно и свободно.
— Конечно, я не хотела бы быть бедной, — продолжала она. — Да и кто бы захотел? Но раз уж так сложилось, мне пришлось хорошенько подумать, кто я и чего хочу. Прожив два года в нищете, я сделала одно удивительное открытие: я не из породы стяжателей, которые любят деньги ради денег и наживаются на чем угодно, не заботясь о том, что их жадность может причинить зло другим. — Она помолчала и с серьезным видом добавила: — Я не согласна с теми, кто проповедует порочность денег и земных сокровищ. Зло — не деньги, а то, что люди с ними делают.
— Очень похвально, моя дорогая! Надеюсь, вы не имели в виду мой характер?
Серьезность Хелен мгновенно улетучилась.
— Вам должно быть стыдно, если вы узнали себя в этом портрете! Но я думаю, вы просто шутите! — Она устремила на своего спутника задумчивый взгляд. — Мне кажется, у вас все иначе. Ваше богатство лишь свидетельство чего-то другого — таланта, способности рассчитать свои шансы на удачу лучше других. Деньги для вас не самоцель. А играете вы для того, чтобы острее почувствовать жизнь.
Мистер Дарси кивнул в знак признания ее правоты.
— Весьма интересные умозаключения! — одобрительно сказал он.
— Все очень просто, — продолжала она. — Я выяснила о себе еще одну интересную вещь: когда обстоятельства вынудили меня разыскать моих бедных родственников, оказалось, что, будучи “богатой родственницей”, я была ужасной воображалой!
— Каковой вы более не являетесь, — вставил мистер Дарси. — Я бы не стал так глубоко копаться в собственной душе, когда есть более важные вещи, о которых стоит подумать.
— Верно, — согласилась Хелен и перевела разговор на другую тему: — Сейчас гораздо важнее решить, как мне быть с одеждой. — Она покосилась на свой скромный наряд. — Несмотря на ваш девиз “Стиль — это все”, не думаю, что, имея только одно это платье, смогу сыграть роль, которую вы уготовили мне в своих планах.
— А-а, ваша одежда! Разумеется, она важнее.
— Конечно, — подтвердила Хелен, не обращая внимания на иронию, прозвучавшую в его тоне. — К сожалению, я положила в сундук всего пару легких летних платьев вместе с книгами, одеялами и хозяйственной утварью, а вещи Винченцо мне не подходят.
— Возьмите мою карету, поезжайте в Квинз-Порсли и купите все необходимое. — После чуть заметной паузы он добавил: — Разумеется, я дам вам денег, чтобы вы могли приобрести одежду недели на две.
Хелен почувствовала легкую обиду. Она лишь хотела посоветоваться и вовсе не собиралась вешать на него свои проблемы. И уж тем более распоряжаться его каретой или клянчить деньги!
Подавив возникшее чувство неловкости, она сказала, что у нее хватит денег на несколько платьев, поблагодарила за предложение воспользоваться экипажем, но прибавила, что здешние цены на одежду, возможно, окажутся более приемлемыми.
— Завтра я найду местную портниху, она мне что-нибудь сошьет, — легко сказала она.
— Как вам будет угодно, — ответил мистер Дарси, потеряв интерес к этой теме, и предложил Хелен отведать бобов с маслом, приготовленных миссис Коутс.
Хелен была рада, что обсуждение ее гардероба закончилось, и разговор вернулся в прежнее приятное русло.
— Мне придется пороть швы несколько недель, если я буду так наедаться, как сегодня! — воскликнула она немного погодя. — Клянусь, больше не смогу проглотить ни кусочка!
После этого торжественного заявления появилась служанка с тяжелым подносом. Хелен взглянула на него и застонала:
— О-о, мистер… Ричард! Вы невозможный человек!
