Ученый жил с ней только потому, что был глуховат и не слышал, что она говорит. Не слышал и не слушал. Зачем? Не слушал и не смотрел. Он уже забыл, как она выглядит. Привык. Поэтому жили они очень хорошо. Он занимался своим делом. Она – своим.
Мужчины-бабники – это, как правило, бездельники. Свое пустое время они забивают оргазмами. Все-таки занятость и какая-то деятельность. А занятые мужчины увлечены своим делом. Дело для них – смысл жизни.
Жену ученого за глаза звали Кобра. И Катя какое-то время думала, что это ее настоящее имя. Потом ей объяснили, что кобра – змея, при этом самая ядовитая.
Катя – домработница. Она приехала из Молдавии вдвоем со своим мужем Вовкой. Работали вместе. Катя – в доме, на хозяйстве, Вовка – по двору: садовник, охранник, снабженец, ездил на базар за продуктами. Кобра отдала ему свою прошлую машину «жигули». Машина была старая и ржавая, но Вовка ее перебрал, смазал и старушка-«жигули» бегала, как молодая.
Вовка закупал продукты по списку. Воровать у Вовки не получалось. Кобра следила за каждой копейкой: проверяла по чекам, подозревала, оскорбляла, лучше не связываться.
Кате и Вовке по сорок пять лет. Они ровесники. Это была крепкая пара. Никогда не расставались и на заработки в Москву тоже поехали вместе.
В Молдавии ловить было нечего. Предприятия закрылись, работать негде. Можно, конечно, устроиться, но платят копейки. Надо быть полным дураком, чтобы работать за такие деньги.
Кобра, хоть и ядовитая, но платила тысячу долларов в месяц на двоих. Для Молдавии это много, как звезд на небе. Но недавно Вовка узнал, что хозяин соседской дачи платит своей семейной паре тысячу евро. Это на двадцать процентов больше. Вовка потерял покой. Почему ему пятьсот долларов, а рядом за такую же работу на двадцать процентов больше? И самое обидное то, что они с Витькой знакомы по Молдавии. Из одной деревни. И получается, что Витька-недоносок стоит дороже, чем Вовка – золотые руки.
Разговаривать с ученым бессмысленно. Он весь в своих формулах. Все хозяйственные дела вела Кобра. А Кобра тоже не будет вникать. Выгонит, и все. Скажет: «Мы никого не держим».
Можно уйти, но неизвестно куда и на каких условиях. Предложения превышают спрос. Наемных работников больше, чем хозяев. Вся Украина, Молдавия и Средняя Азия хлынула в Москву на заработки. Так что лучше держаться за свое место. Не стоит рисковать.
Вовка тем не менее нашел выход из положения. Он стал халтурить в соседних дворах. Частный дом требует мужских рук, тем более золотых. Нужно то одно, то другое: дерево свалить, забор поставить. Для Вовки нет ничего невозможного. Набегали хорошие деньги сверх зарплаты, так что Витька-недоносок отставал.
Катя сходила с ума. Она боялась, что Кобра застукает Вовку за халтурой и выгонит в одночасье. Вовка тратит свой рабочий день на чужих людей. Практически ворует хозяйские деньги. Кобра этого не потерпит. Но Вовка не мог пропустить живую копейку. У него была цель: грузовичок.
Вовка не собирался жить в рабстве у Кобры всю оставшуюся жизнь. Он сам станет фермером, но для этого ему нужен грузовичок. Вовка будет возить на базар арбузы и дыни, а когда кончится сезон – сдавать грузовичок в аренду. Тоже доход.
Грузовичок стоил пятнадцать тысяч долларов. Десять тысяч у них уже было.
Какое счастье – иметь цель и идти к своей цели.
Катя работала в доме не покладая рук. Если присаживалась на минуту, Кобра тут же возникала как из-под земли и спрашивала: «Отдыхаем?» Приходилось вскакивать.
Если Катя звонила по своему мобильному сыну Толику, Кобра опять вырастала и вкрадчиво интересовалась: «Разговариваем?» Катя вздрагивала и нажимала отбой.
Морковку в соус нельзя было резать кольцами, только соломкой. Если Катя ошибалась, Кобра вычитала из зарплаты всю стоимость обеда, включая мясо и воду. Вода тоже платная.
Катя и Вовка терпели эту жизнь только потому, что впереди маячил грузовичок.
Однажды Кобра приволокла откуда-то телегу и поставила ее в центре участка. Телеге двести лет, на таких ездили еще в 1812 году, убегали от Наполеона. Вовка решил угодить Кобре и в ее отсутствие отремонтировал телегу, обил ее жестью и покрасил в зеленый цвет. Телега стояла как новая, хоть запрягай лошадь и поезжай. А оказывается, вся изюминка состояла в том, что телега старая. Ретро. Музейная ценность. Кобра увидела реставрацию, взревела как иерихонская труба и вычла из Вовки месячную зарплату за нанесенный ущерб. Вовка плакал. Он хотел как лучше, а ему даже не сказали спасибо.
Но были и хорошие минуты.
Вовка и Катя жили в гостевом домике, отдельно стоящем. Спали вместе, под одним одеялом. Окна хлипкие, в них задувал ветер. Катя и Вовка плотнее прижимались друг к другу, и им было тепло.
