Попытавшись ответить, открыв рот, чтобы сказать хоть что-то, Алисия закашлялась, давясь слизью и желчью. Микаль погладил её по спине, слабо похлопав в попытке помочь, но боясь навредить. Алисия, должно быть, представляла собой жалкое зрелище, а может быть, даже дворецкому отвратительно прикасаться к ней. В этот момент она и сама бы к себе не прикоснулась. Из страха, скорее всего, но и от омерзения тоже. Она никогда не была столь сердечна и богата духовно, чтобы не обращать внимания на внешность других. Она никогда не прикоснулась бы к больному или имеющему какие-то уродства человеку. В себе сейчас она видела очень много таких уродств, слишком больших, чтобы на них можно было закрыть глаза.
— Я принесу суп, госпожа. Его будет легче усвоить, в вашем состоянии напрягать желудок кажется излишним.
Микаль уходит, оставив её одну в большом зале. За окном уже не так солнечно, она слышит, как о стекло ударяются первые капли дождя, а сама смотрит на ведро, не понимая, как могла попасть в такую… сюрреалистичную ситуацию. От чего-то факт её перерождения, хотя правильней будет сказать попадания, в эту историю, кажется куда более реалистичным, чем всё остальное, произошедшее после. Были ли знаки? Хоть что-то? Или только обрывки фраз, неясные намёки, оставленные ей другими людьми, которые решили никак не пояснять своих слов и действий? Проходило бы всё точно так же, если бы Эйдан не рассказал ей, как Алисию создали?
Думать об этом не хочется, но мысли продолжают течь. Если бы она не знала о том, кем является, как бы реагировала на эту ситуацию? Была бы напугана ещё сильнее, вот как. И ни за что не поняла бы, как пальцы вернулись назад. И сейчас не понимает, если честно, но вот Мишель, кажется, понимает, и только из-за этого она не выдёргивает сейчас руку из земли, не горюет над своим будущим калеки. Надеется, что всё будет хорошо.
— Приходи поскорее, — спазмы в горле наконец проходят, и она шепчет, промаргивая слёзы и обращая свои мысли к Самуилу, понимая, что сейчас может надеяться только на него. Принц добр к ней, но только муж… она надеется, что муж будет заинтересован в её поиске достаточно сильно, чтобы не забросить это дело спустя пару дней. Что Самуил придёт, желательно как можно скорее. Ей страшно. Очень, очень страшно.
Саманта прижала ладонь к груди, стараясь не сминать дорогую ткань, но и контролировать свои эмоции, не давая выпуск им хотя бы в таких небольших жестах, она не могла. Тревога за госпожу заставляла сердце биться быстрее, кровь пульсировать в висках, шум заглушаться. Будто нет вокруг целого другого мира, мира аристократов, к которому она не принадлежала, но перед которым должна держать лицо, дабы не подвести свою госпожу.
— Я уверен, с ней всё будет в порядке, — Эйдан несмело, даже скорее неловко улыбнулся. Он сам не уверен в своих словах, но Сэм ценила попытку успокоить. — В крайнем случае, может быть, она всё опять забудет? Возможно, это была не лучшая идея: рассказывать ей всё. Простите, леди Лоуренс, что так получилось с вашей госпожой.
— Не стоит извиняться, Ваше Высочество. Я на самом деле надеюсь, что она этого не забудет. Ей важно знать, кто она, — хотя, если честно, Саманта согласна с тем, что это не лучшее место, чтобы сообщать подобные новости. Оставалось лишь надеяться, что актёрские навыки, присущие, как казалось Сэм, её госпоже, позволят ей скрыть от других, насколько эта новость вывела её из равновесия. У герцогини Джерард ещё не сформировалось репутации, а потому любой чих богатые стервятники будут разжёвывать и комментировать.
Танец с королём, конечно же, не делал её ситуацию сильно лучше.
— Дадим Алисии десять минут, — Эйдан барабанил по столу, ударяя то по очереди от мизинца до указательного и обратно, то в полный разброс.
Сэм и Адам молчаливо согласились с ним, оставаясь на своих местах и поочерёдно поглядывая на часы. Гомон из главного зала, как и музыка, и стук ногтей принца по столу — всё это невероятно раздражало Саманту, и она сощурилась, концентрируясь пока что на главном отвлекающем факторе. Эйдан, казалось, не сразу заметил её настойчивый взгляд, а когда всё же соизволил обратить на это внимание, медленно опустил ладонь на стол, затихая.
Десять минут шли не просто медленно, нет, они шли мучительно медленно. На шестой из довольно неприметного уголка, прикрытого шторами, вышли Реандр и Самуил. Они взяли путь на танцевальный зал, но остановились около молодых людей.
— Не помешаем? — долгий взгляд, проползший от одного к другому и обратно, потемнел, а голос герцога наполнился настороженностью. — Моя дорогая супруга не с вами? Ни в коем случае не хочу назначать вас Алисии в няньки, Ваше Высочество, но вы казались довольно воодушевлённым, когда мы только прибыли во дворец.
— Она с нами, герцог, — Эйдан прищурился, с подозрением смотря на дядю. Он поднялся, одёргивая плащ и держась наравне с Джерардом. — Просто вышла подышать свежим воздухом. Уверен, вы можете простить нам, что мы дали леди немного времени в уединении.
