Дальнейший монолог, разбавленный только направляющими вопросами Джерарда, наполнился язвительностью, высокомерием, самоуверенностью и хвастовством. Именно из него стало ясно, что Алисия у них совсем не для запугивания, а отвезли её в поместье, о котором даже Самуил не догадывался, будучи при этом близким «другом» Рафаэля.
Сборы, подготовка и планирование заняли оставшиеся полдня. Будь на то воля Эйдана, они бы выехали в ту же секунду, как сложили последнюю вещь в карету, но король строго запретил страже выпускать принца из дворца в ночь. Потому в путь они отправились сразу после завтрака следующего утра, когда принц убедился, что Реандр видел его и начнёт волноваться о пропаже брата не раньше ужина.
И вот теперь они втроём в пути: Эйдан, Адам и Саманта. Сэм предлагала взять вместе с ними и герцога, но идею сразу отвергли. Принц злится на человека, назвавшегося мужем Алисии. Злится за то, что у герцога вообще когда-то был план по запугиванию Алисии, и за то, что так поздно приступил к допросу и расследованию. Теперь же пусть павлин сам ищет местонахождение тайного поместья Ястредских, а Эйдан планирует спасти сестру как можно скорее.
Именно так они оказались в безымянной деревушке, состоящей из десятка покосившихся домишек и одного с половиной жителя.
Путь занял больше пяти часов, приближался обед. Адам остановил их карету около трактира, единственного заведения, которое тут имелось. Они с Самантой слезли с переднего сидения, Сэм передала вожжи подбежавшему слуге, а Адам открыл дверцу для принца.
Эйдан держал спину прямой, а голову высоко поднятой. Он осмотрел место, одобрительно хмыкнул, поправляя среднего качества камзол, и вошёл в таверну, сразу направляясь к управляющему за барной стойкой.
— Три порции вашего лучшего блюда, господин.
— Конечно, сэр! Будет готово в кратчайшие сроки!
Эйдан любезно поблагодарил мужчину, после чего позвал Сэм и Адама, занимая вместе с ними место около окна, из которого легко можно было проследить практически за всей деревней. Домов невероятно мало, все они стоят вдоль и криво-косо по бокам. Разглядеть опушку леса, интересующего их сейчас, однако, не получалось, как бы они не пытались.
— Прошу, картошка с говядиной под сыром. Всё своё, с наших огородов, господа и леди, — поставив перед гостями три огромных, щедро отваленных порции, хозяин собирался уходить, но Эйдан поспешил махнуть на место около Адама.
— Прошу, если есть минутка, присядьте с нами. Честно, когда мой друг говорил о деревне недалеко от его дома, мы представляли себе нечто совершенно другое. Подскажите, как называется это место?
— Не понял, вы про таверну или деревню, сэр, но скажу так, название у них одно — его нет, — сказав это, трактирщик засмеялся, как от очень хорошей шутки, и Саманта его поддержала тихим смешком в ладонь.
— Неужели прям-таки нет, господин? Почему так получилось? — спросила она.
— Так, а как иначе? Мы местечко крохотное, кому до нас дело? Вот, никому дела нет, никто названия и не давал. А я тут один, кто какой-то заведение держу, так и ему название потому не нужно, — он снял шапку, приглаживая волосы и даже будто раздуваясь в размерах, оценив красоту служанки богатого гостя и желая произвести хорошее впечатление. — Но если бы такая красота дала нам название, я бы с удовольствием повесил табличку с ним на крышу, так, гляди, и вы будете к нам чаще захаживать.
— А почему бы и не захаживать? — Эйдан на свой страх и риск попробовал блюдо, рассчитывая на то, что травить его здесь никто не станет. Вряд ли здешние знают, как выглядит принц. — У вас очень даже ничего еда, хоть прямо сейчас во дворец отвози. Я вот точно с удовольствием остался бы у вас попробовать и второе, и десерт, если есть.
— Есть, как нет, если есть, сэр? Хотите, прямо сейчас вам принесу? Пальчики оближешь, десерты моя дочь готовит, вы не сможете оторваться!
— Ну, тогда принесите десерты. И чай тоже, да на себя возьмите, чего пожелаете. Хоть про место это расскажете побольше, если, конечно, вы сами не против, — Эйдан достал кошелёк, звенящий монетами и провисающий под их весом, достал тридцать рент и тридцать же ас. Ему было бы многим проще расплатиться ару, но Адам ещё до отъезда предупредил не брать с собой золото, так как в такой местности у большинства просто нет сдачи с золота, а если они не покидают своей деревни, то и вовсе могут не принять подобной оплаты.
Глаза трактирщика распахнулись от такой щедрости, но он без единого слова против принял монеты, поспешно унося их, не оставляя гостям времени пересчитать сумму и передумать отдавать так много. Тем не менее, над десертом он сказал дочери постараться так, будто обслуживает самого короля, а сам нашёл в закромах отменный чай из каких-то заморских фруктов, который стерёг для такого вот случая.
Скоро на столе разместился самый большой ягодный пирог, который только может вместить в себя печка, три кружки ароматнейшего чая и одна — светлого пива, заполненная до краёв. Хозяин заведения не забыл слов богатея и с радостью составил им компанию, рассказывая о деревне.
