Злость. Я хотела именно любви и чувств. И когда готовила завтрак на следующий день, то как раз думала об этом. Злость. Из рук валится сковородка. С грохотом падает на пол, но я ее лишь поднимаю и не думаю оглянуться на дверь в ожидание появления недовольного мужа, который бы начал меня ругать за неуклюжесть. Но я все равно злилась. Злилась, как никогда раньше.
Сегодня надо было идти за платьем. Купить нормальные туфли. Нужно было быть милой и послушной. Я должна была быть той, за которую не будет стыдно. Я должна была быть…
— Чего случилось? — спросил Тимошка.
— Схожу с ума, — ответила я. Улыбнулась вытирая слезы.
— На сумасшедшую ты не похожа. Поругалась с Владом?
— Нет. Все нормально. Просто эмоции бьют через край. И Влад куда-то уехал.
— Ему нужно работать. Генрих уже злиться начинает. А вожака злить не надо.
— Я понимаю, но веду себя как последняя дура.
— Ты боишься. Я чувствую твой страх.
— Сегодня будет сложный день и я… Я просто…
— Оставь сковородки и подойди сюда, — сказал Тимошка.
— Зачем?
— Да не бойся. Я не кусаюсь, — усмехнулся он, садясь на стул. Я вытерла руки. С сомнением посмотрела на него, но все же решила подойти. Тимошка бесцеремонно коснулся ладонью моего живота. Я хотела убрать его руку, но он не дал. Прижал меня к себе. — Сама же знаешь, что мне можно.
— Это неприлично.
— Ты меня совсем не интересуешь. Без обид, — ответил Тимошка. — Но я хочу тебе помочь.
— Почему?
— Жить хочу. Особенно сейчас, — ответил он.
— От тебя снегом пахнет. Ты ведь бегал ночью, — прошептала я. Меня накрыло такое спокойствие, что я удивилась.
— Бегал.
— Меня Влад не отпускает.
— Потому что нельзя. Расслабься. Я же сказал, что не причиню вреда.
— Я вроде успокоилась.
— Это хорошо. Готова пойти за платьем?
— Завтрак…
— В городе поедим, — ответил он.
— А если Влад приедет раньше обеда? Нужно же ему что-то приготовить?
— Сам справится.
— Соглашусь только потому что ты настаиваешь, — сказала я.
Нужно доверять. А стоит ли доверять Тимошке? Я понимала его интерес, но это не значило, что ему можно доверять. И как это делать, когда весь мир кажется каким-то враждебным, сложным и опасным? И оборачиваться нельзя. Нельзя даже думать в этом направление.
Когда мы вышли из дома, то Тимошка тут же взял меня за руку. Я чувствовала его горячую ладонь и все мысли о недоверии исчезали.
— Это неприлично.
— Нам не до правил приличий, — ответил Тимошка. Ответил довольно резко. Я аж вздрогнула. Он добавил уже мягче. — Все знают, что я живу у Влада. И никто не удивится, если я буду тебя сопровождать.
— Как скажешь.
Какие-то магазины. Платья. Они меня заинтересовали. Красивые, яркие и нежные, с кружевами и вышивкой — они прям походили на платья принцесс из детских сказок. Приятная ткань. Я загорелась. Пошла их примерять. Ради такой красоты даже можно было не замечать того, что они немного жали и сковывали движения. В примерочной было большое зеркало. Там хорошо отразилось мое лицо. Седые волосы. Я сильно постарела. Пусть в душе и была принцессой, но вот в реальности скорее была королевой, воспитавшей уже ни одно поколение детей.
— И чего ты плачешь? — наплевав на приличия, Тимошка зашел в примерочную комнату.
— Просто грустно стало. Вроде платье красивое, но оно не для меня. Уже по возрасту не подхожу.
— Глупости. Какое нравится такое и бери.
— Нужно же не ударить в грязь лицом. Ты не понимаешь, сколько всего зависит от этого вечера. Влад говорил…
— Он преувеличивает. Наташ, первый выход в свет — это праздник. Выбирай любое платье. И не думай о других. Ты когда-нибудь была на танцах?
— Была.
— Вот и представь, что это всего лишь танцы. Просто в другом городе. И ты в любом платье будешь выглядеть красиво, — сказал Тимошка.
— Не в любом.
— Я тебе говорю, что ты меня не интересуешь. Но факт, что ты симпатичная женщина. Несмотря на седину в волосах.
— Я слишком быстро так сильно постарела, что это ранит.
— Зато у тебя глаза горят, когда ты на Влада смотришь. И это красит любых волос.
Он говорил правду. Только я чувствовала нервозность с его стороны. И эта нервозность немного меня пугала. Но нужно доверять. Им всем нужно доверять.
Завтрак после покупок платьев. Я так и не смогла выбрать, поэтому взяла три штуки. Тем более Тимошка согласился, что это нужная покупка. Потом еще несколько магазинов. Усталость. И желание уснуть прямо на снегу.
До дома мы добирались уже на чудной машине, где я уснула и не проснулась даже, когда мы приехали. Тимошке не удалось до меня добудиться. В итоге видимо ему пришлось меня самому вытаскивать из машины и нести до дома. Приходить в себя я начала только когда пришел Влад. Я сквозь почувствовала его руку у себя на лбу. Потянулась к нему. Попыталась сказать, что так и не успела ничего приготовить, только слова с трудом находились.
