— Мне пришлось ей дать снотворное, — сказал Тимошка. — У меня нет столько сил, чтоб и ее и ребенка удерживать. Там же дикий замес из недоверия ко всему миру. Она злиться, это все передается малышке, та начинает ее заводить. В итоге они друг друга только и заводят. Одну успокоишь, так другая начинает. А мелкой же опыт матери передается. Она тут чуть не перекинулась.
— Для этого я тебя и оставил, — спокойно сказал Влад.
— Это авантюра. Мы не справимся.
— Панику отставь. Ничего страшного не происходит.
— Каждый час для нее может стать последним. Ты уверен, что это того стоит?
— А ты думал, что так все будет просто? — спросил Влад. — У меня такое ощущение, что ее отец добился пробуждения в ней зверя, а потом каким-то путем его загнал назад. При этом ей все это время удавалось контролировать оборотня. Конечно, большой шанс был, что эта особенность передастся ее ребенку. Но мы с тобой на что?
— У меня нет столько сил, чтоб ее держать, — сказал Тимошка.
— Но и выбора у тебя нет.
— Не понимаю о чем вы говорите, но я хочу пойти на танцы. Только мне надо глаза разлепить, — прошептала я.
— Правильно, руки мы всегда можем опустить. Сейчас надо бороться, — довольно сказал Влад. — И мы поборемся.
— Расскажи ей все, а потом уже радуйся, — сказал Тимошка, уходя из комнаты.
— И о чем речь? — спросила я. Глаза все-таки не открывались, но при этом я находилась в сознании.
— Тебе оно зачем? Только больше тревожиться будешь.
— Я хочу знать. Может тогда начну понимать, что со мной происходит.
— Беременность для женщины может быть довольно сложном времени. А у тебя наложилось слишком много всего. Вот и дает такой результат.
— Все равно не понимаю, ответила я. Услышала, как вздохнул Влад.
— У тебя довольно плохой опыт с мужчинами. Ты его передаешь ребенку. Боишься наших отношений. Боишься материнства. Думаешь, что тебе придется опять убегать. И пусть вроде умом понимаешь, что этого не понадобиться делать, но страх никуда не уходит. Недоверие остается. Это все тебя нервирует. Нервирует ее. Ты чувствуешь страх девочки, которая боится этого мира. Начинаешь нервничать сама. Придумываешь какие-то гадости. И так по кругу. Я тебя успокаиваю. Не даю сильно переживать. Тимошка должен успокоить мелкую. Она пока не может управлять зверем. Из-за этого может перекинуться в тебе. Это приведет к печальному финалу. Ты не выживешь, она тоже не сможет выжить, потому что еще слишком маленький срок беременности. А значит пойдет цепочка, в которой и нас с Тимошкой затронет. Но Тимошка у нас благородный герой, что лезет вперед и не оглядывается по сторонам, поэтому и получает, — довольно быстро и отрывисто сказал Влад. Ему явно этот разговор не нравился.
— Я не дам избавиться от ребенка. Как-нибудь переживем это время, а потом будет легче, — сказала я. Глаза все же удалось раскрыть. Я поморщилась. — Глаза все время закрываются.
— Потому что Тимошка переборщил со снотворным.
— И чего? На бал не пойдем?
— Думаю, что да. Ты не в том состоянии, чтоб танцевать. Сама же хочешь спать.
— Нет. Я сегодня платье купила. Надо его показать.
Я поднялась. Покрутила головой, отгоняя сонливость. И зачем меня было так усыплять? Да, я нервничала, но не настолько же! Влад посмеиваясь, наблюдал за мной.
— Ты ел?
— В городе пообедал.
— А я завтракала. Пока есть не хочу. Только пить охота. А ты давно вернулся?
— Только что.
— Терпеть не могу эту гостиную, — сказала я, чихая на сухие цветы. Пошла в сторону кухни. Я хотела напиться воды и пойти готовиться к балу. Влад задержался в гостиной. Спать все же хотелось, но я держалась. Полазила по шкафчикам. Нашла бодрящие ягоды. Съев несколько ягод, я прогнала сонливость.
— Не увлекайся ягодами, — попросил Тимошка.
— Все нормально, — ответила я. — Ты не бойся. Все будет нормально.
Почему-то он только косо посмотрел на меня, но ничего не ответил. Выпив несколько стаканов воды, я пошла готовиться к празднику. Праздник. Если утром я его боялась, то теперь страха не было. Зато появилось какое-то дикое желание доказать всем, что я себя могу контролировать. После ягод и воды, я пошла одеваться к празднику. Мне казалось, что времени у меня немного, поэтому причесываться сложно я не стала. Заплела две косы и закрепила на затылке. Светлое бальное платье хорошо село на фигуру, но придало какой-то неестественной бледности лица. Подумав, что на улице мороз придаст щекам румянец, я на это лишь отмахнулась. Накинув теплую широкую накидку, я спустилась в гостиную, где Тимошка и Влад о чем-то разговаривали.
— Я настаиваю на пропуске этого вечера, — сказал Тимошка.
— Сегодня будет Генрих. И он ее хочет видеть. Поэтому мы туда пойдем, — ответил Влад. — Если все пройдет хорошо, то через неделю можно будет уехать на границу и совсем этим закончить.
— Неделю?
— У нас опять конфликт с холодными кланами, — ответил Влад. — Нужно усиление. Тебя Генрих хотел отправить на юго-восток, но так как у нас такая сложная ситуация, то туда Ромку отправят.
— Он не справится.
— Не мое дело, — ответил Влад. Повернулся ко мне. — Готова?
— Да. А ты выкинул сухие цветы?
