— Александра, не буду ходить вокруг да около, наш сотрудник совершил грубейшую ошибку и понесет за это наказание. Но мне бы хотелось, чтобы это досадное недоразумение было забыто. Поэтому я на правах представителя семинарии предлагаю пройти обучение в нашем учреждении, — завершил он, плавно растягивая каждое слово.
Хм… не будет ходить в округ да около, но завернул, так завернул…
Я приняла самый невинный вид и сообщила:
— Но я ведь уже прохожу обучение в другом месте.
— Конечно, конечно! Но наше образование ничем не уступает, тем более вы сможете не только читать о древностях, а собственноручно изготовливать их, узнать их технологию изнутри, — продолжал ректор.
Хм…очень мягко стелет…
— А смогу я с этим образованием вернуться за Грань? — начала я.
Ректор немного наклонился вперед и сказал:
— Как вы думаете, каким образом вы оказались на той стороне?
Я напряглась, как я оказалась…и ляпнула первое, что пришло в голову:
— Я родилась там…
Видимо, беседа пошла не по плану, мужчина удивленно вскинул брови и продолжил:
— А до этого момента ваша мама покинула наши земли и оказалась за Гранью. Как видите с нашим образованием можно быть полезным на любой территории.
Как складно всё получалось, только проверить его слова я не могла, так как бабушка и отец мало, что рассказывали о том, чем занималась мама.
Видимо, моё молчание спровоцировало мужчину идти с козырей, и он сказал:
— И потом ваш жених не сможет покинуть семинарию и княжество, так как он посмертно связан нерушимым контрактом, конечно, если вы сами не разорвете связь с ним.
Сначала меня холодный пот прошиб, и как-то защемило в груди, только об одной мысли об расставании с Велесовым, а затем я закипела от ярости:
— А почему, позвольте спросить, я должна разрывать с ним связь?
Сегодня для ректора был день открытий, он изменился в лице, но голос не на октаву не повысился:
— Ну может быть потому, что ваш жених был не до конца честен с вами?
— Это почему же? — продолжала я.
— Я, конечно, не должен вам этого говорить, но как ректор, я обязан заботиться об адептах.
— Ну… — неистовствовала я.
— Я смогу поделиться с вами информацией, только если вы согласитесь стать адептом этой семинарии, по-другому, увы никак.
Я мгновенно остыла, меня провели. Я даже не заметила, просто попалась на удочку. И этот договор с Кхирой. И эти тайны Велесова.
— Я могу подумать?
— К сожалению, стены семинарии добродушны, только к своим ученикам, со всеми остальными мы прощаемся. Вы вернетесь к отцу и продолжите свою жизнь, будто бы нас и не было. Даже не вспомните… — с ухмылкой продолжил он.
Да, загнал в угол, а теперь давит на больную мозоль… Преимуществ у меня перед ним не было, а у него хоть отбавляй… Хорошо, поиграем в твою игру…Терять мне всё равно нечего…Отец давно живет под каблуком Зои Петровны, бабушки нет… И этот Афанасий Таносович был прав, здесь я могла узнать то, что так долго выискивала во всех книгах и альбомах…
— Хорошо, я согласна стать адептом семинарии, но только с несколькими условиями! — сложив руки на груди, сообщила я.
— И с какими же? — немного подпрыгнув от нетерпения, продолжил он.
— Мне бы хотелось, чтобы курировал меня мой жених, и расположилась я тоже в его апартаментах, а также вы не применяли никакие взыскания в его отношении.
Сказать, что Таносович был поражен, это ничего не сказать. Без того крупные серые глаза, стали еще крупнее, ноздри расширились, а губы сложились в неровный комок. Он молчал. А затем сказал куда-то в пустоту:
— Велесова сюда, быстро!
Двери распахнулись, Егор не зашел, он влетел в комнату. Встал за моей спиной, а я почувствовала какое-то родное тепло.
— Афанасий Таносович, что угодно? — начал Велесов.
— Георгий Василевич, ваша невеста выразила желание жить в ваших апартаментах, да и потребовала, чтобы вы курировали её, — начал ректор.
— Да, Афанасий Таносович, я хотел изложить всё в письменном виде, но Александра еще плохо знакома с нашими порядками, и решила попросить лично, правильно я понимаю, дорогая? — едва сдерживая радость, поговорил Велесов.
Дорогая? Я с тобой еще поговорю! А вот держаться рядом с Велесовым было намного надежнее, чем с кем-то малознакомым в этой семинарии, да и с даром моим надо было что-то делать.
— Да, дорогой, — с наигранной улыбкой произнесла я.
— Ну, что же? В таком случае, жду документацию и договор с адептом тоже с вас, надеюсь, в этот раз вы не оплошаете.
Велесов сжал спинку стула, но совершенно спокойно ответил:
— Разумеется нет, Афанасий Таносович.
— Можете быть свободны, Георгий Васильевич, а вот вашу невесту попрошу остаться, мы еще не договорили.
— Нет, я предпочел бы остаться, — возразил Велесов.
— Друг мой любезный! Покои сами себя не приготовят. С вашей драгоценной ничего не случится, ступайте, — отмахиваясь продолжил Таносович.
Егор наклонился к моему уху и прошептал:
— Я вернусь за тобой, — и медленно вышел.
***
— Как видите, ваши условия выполнены! — замурлыкал Афанасий Таносович.
— Да, — подтвердила я.
— Вы всё еще хотите узнать информацию?
Хотела ли я? Да, очень хотела. Но торговаться было нечем. Поэтому просто ответила:
