Нас усадили за стол. Я волновалась, поговорить с матушкой нам не дали, Егор лишь успел поцеловать ей руки в знак признательности и уважения. Начался пир, в комнату, как тараканы набежали люди, то унося, то принося угощения. Музыканты играли интересную мелодию, были слышны переливы гуслей и трещеток. Матушка Егора постоянно посматривала на сына, любуясь своим чадом. И лишь изредка на меня и на своего супруга. Главным рассказчиком был сам хозяин, он постоянно шутил, говорил тосты, наполняя чаши вином. Я совсем ничего не ела и не пила, почему-то пропал аппетит, и голова начала сильно болеть, но я держалась, пока Велесов не повел танцевать, сильная боль скрутила низ живота. Я прикрыла глаза и начала оседать. Он тут же подхватил меня на руки и понес куда-то. За нами понеслись мамки и няньки этого дома, но Егор их прогнал, сказал, что невеста устала и он несет её отдыхать.
Когда мы перешли в какую-то дальнюю комнату, она чем-то напоминала спальню на втором этаже моего терема. Он усадил меня на кровать, а сам сел рядом, дотронулся до моего лба, измерил пульс. А затем сказал:
— Тебя что-то беспокоит?
Я прислушалась к своему организму, кроме тупой боли внизу живота ничего не беспокоило, и я даже знала, что со мной, но как сказать Велесову, я ума не прилагала. Да и чем мне воспользоваться, я тоже не знала, долго колебалась, а потом сказала:
— Можно мне поговорить с женщиной?
Брови Велесова поползли вверх, он даже заморгал несколько раз от удивления и сказал:
— Я твой жених, я должен знать о тебе всё. Что ты такое хочешь доверить чужой женщине, чего не можешь сказать мне?
Как же я тебе об этом скажу, ты же мужчина. И бабушка мне всегда говорила: стоит скрывать от мужчин своё состояние. Они этого не переносят.
— Женихам лучше не знать об этом, и ты не сможешь мне помочь, — решила намекнуть я.
Велесов оценивающе окинул меня взглядом и сказал:
— Если жениху не можешь сказать, то врачу можно доверить всё, тем более у тебя снижена температура тела на несколько градусов. Я могу провести полный осмотр, ища причину твоего состояния! — хитро прищуриваясь, начал он.
— Этого ещё не хватало! Это чисто женская проблема! — почти напрямую сказала я.
Велесов немного обдумал мои слова, а затем встал и вышел.
И что это было? Что мне теперь делать? То, что я лежу на кровати это, конечно, замечательно, и с болью можно справиться, а вот что делать с другим ярким фактором этого ежемесячного события? Пока, конечно, оно явно не проявлялось, но было не за горами.
Через какое-то время он вернулся, неся поднос с какими-то чашечками.
— Что это? — удивилась я.
— Это травяные настои, они помогают при обострениях женских болезней.
— А что рунная магия не помогает?
— Я, конечно, могу нанести руну на место боли, — как-то мечтательно произнес он, — но не буду этого делать, так как я не знаю, какая будет реакция. У наших женщин не бывает подобного, только у простолюдинок.
— Что? А как же они беременеют? — удивилась я, ну не дурак же он, должен понимать процесс. Тем более зоолог. А об этом даже я знала, так как на уроке биологии в старших классах, нам всё доступно объяснили.
— Организм самки, начинает вырабатывать гормоны, которые улавливает самец, если она готова к соитию, то запах становиться сильнее, привлекая тем самым подходящего партнера. Наши женщины, часто погибают в родах, в период вынашивания детей, многие уже рождаются бесплодными. Donum даётся только мужчинам в полной силе и подпитывает их, а женщины перенимают от него только крохи.
Очень странные дела…
— А что с пролюдинками?
— Здесь всё просто: они либо беременны, либо кормят, либо стары…Процесс начинается очень рано и их сразу выдают замуж, поэтому многие из них скрывают от родителей свои чисто женские проблемы.
— А ты откуда это всё знаешь? — удивилась я.
— Я же врач, Саша!
— И что же мне делать, врач? Как справляться со всем этим? А может быть есть какой-то отвар, который остановит всё это?
— Не в коем случае! Это может помещать зачатию, — очень серьезно прочеканил он.
Я, конечно, задумывалась о том, что близость с Велесовым может закончиться беременностью. И это был еще один фактор, который останавливал меня. Как говорила моя бабушка: «Вот профессию получишь, можно и замуж, а потом и деток рожать». А какая у меня профессия? Даже образования никого нет.
Егор прервал мои размышления:
— Я бы хотел детей, тем более ты уже слышала, как жаждут внуков батюшка с матушкой.
— Нет, — непроизвольно вырвалось у меня.
Гримаса боли и негодования отразилась на его лице:
— Почему? Я до сих пор пугаю тебя?
— Нет, я не готова! Давай закончим этот разговор.
Какой-то робкий стук в дверь, прервал наши пререкания. Он был зол, но старался погасить свои эмоции. Подошел к порогу и отворил дверь, пуская внутрь девочку двенадцати-тринадцати лет. Было видно, что она не бывала в тереме, так как широко раскрытые глаза и неподдельный интерес выдавали её. В руках она несла корзину, переполненную тканью.
— Я думаю, вам будет о чем поговорить, — уходя, сказал Егор.
И почему он разозлился?
Глава 31
