Мне тоже удалось забраться в трамвай, устроиться в задней части вагона, выложив рядом с собой кучу бесполезного мусора. В руках я держала только пакет с одеждой, в которой собиралась проделать обратный путь. Запах от моей клади, готовый свалить с ног кого угодно и заставить уснуть вечным сном, довольно быстро расползался по салону. Народ недовольно роптал. Молодая особа глянула на «нечто», стоящее напротив нее, и, не удержавшись, закашлялась.
И тут трамвай тряхнуло. Я, то есть бомж, слегка навалилась на спину молодой особы. Девушка взвизгнула и отскочила за парня. Стоит сказать, по движению парня я поняла, что он сам хотел спрятаться за девушкой, но не успел.
На следующей остановке из соседнего вагона вернулась кондуктор. Одуревшая от регулярных сюрпризов, она с негодованием бросилась через весь салон к бомжу.
– Это еще что? – ткнула она в меня и мои пожитки пальцем. – Здесь же люди!
– Я, что ли, не человек? – промямлила я.
– А ну давай выходи отсюда!
Я попятилась назад.
– Вали, говорю! – вскипела кондукторша.
– Ва-ли, ва-ли, ва-ли! – поддержал ее хор пассажиров.
Довольная тем, что трюк удался, я выпрыгнула на улицу.
– И помойку свою забирай! – выкрикнула вдогонку мне кондукторша, после чего на землю полетели пакеты.
«Круто!» – подумала я.
Впрочем, жители нашего городка, бывало, откалывали номера и похлеще!
Оставшийся путь я решила пройти пешком. На свежем воздухе куда лучше!
Такую же бесформенную фигуру я заметила еще на подходе к мусорным бакам. На бомже была огромная шляпа с оттопыренными ушами, так что издали он напоминал Чебурашку из детского мультфильма. Интересно, где он живет – в телефонной будке или в «Голубом вагоне»? Пальтишко с потертыми локтями и сальным воротником сидело на нем не лучше, чем мешок из-под картошки на огородном пугале, так что рядом с помойкой оно смотрелось вполне органично.
Неторопливо раскладывая по кучкам дары гастрономических отходов, бомж не обращал внимания на проходящий мимо люд. В одноразовой тарелке аккуратными кучками лежали надкусанные кусочки сыра и колбасы, обувная коробка служила корзиной для подгнивших яблок. Но основную ценность его находок, безусловно, составляла недопитая бутылка водки, которая возвышалась над всем этим богатством, лаская взгляд бомжа. В очередной раз склонившись над мусорным баком, он извлек из него шуршащую упаковку с чипсами и тут же высыпал содержимое в рот.
Вдруг его взгляд остановился на мне. Бомж насторожился, затем протиснулся между баками и, засунув бутылку за пазуху, загородил собою «кормушку».
– Куда ползешь, падла? Не прописан ты в тутошном районе, – завизжал бомж.
По голосу я поняла, что в помойке копалась бомжиха. Она аккуратно поставила пакет рядом с баком, подобрала с земли ножку от стула и угрожающе потрясла ею в воздухе.
– Мне бы спичек, – мирно заметила я, – в обмен на сигарету.
Из широких карманов штанов я вытащила пачку «Дуката», купленного у слесаря дяди Пети вместе с «костюмом».
Что и говорить, подобное дружелюбие и приветливая улыбка несказанно подкупили даже бомжиху. Она пошарила рукой за пазухой, выудила зажигалку и поднесла пламя к моему лицу. Мы закурили. После третьей затяжки бомжиха покосилась на пачку «Дуката», достала бутылку с водкой.
– Примешь? – спросила она, решив по-братски поделиться с новым другом подарком судьбы.
– Чего-то не в кайф. Пойду к себе, – выдавила я и, вручив пачку с оставшимися сигаретами хозяйке помойки, поковыляла дальше.
Очень хотелось как можно скорее избавиться от дерущей горло сигареты.
– Ну, как знаешь, – радостно согласилась бомжиха и, бросив за пазуху «Дукат», снова полезла в бочок.
Итак, мой маскировочный костюм работает на все сто! Можно смело приступать к делу!
На месте я упаковала фуфайку в пакет, чтобы запах преждевременно не распространялся по комнате, и вместе с Красавчиком принялась изучать обстановку двора.
Было все спокойно. Никто не кучковался в районе двора, подозрительного автотранспорта с сидящими в нем пассажирами тоже замечено не было.
Вскоре к дому подкатил джип Грекова. Один из охранников выскочил из машины, метнулся к подъезду и скрылся внутри дома.
«Сейчас поднимется пешком до последнего этажа, спустится, проверит лифт. Это займет не более пяти минут», – решила я и поспешила на кухню.
Действительно, через пять минут послышался звук отъезжающей машины и звонок в дверь.
Приветливых фраз мне было не слышно, глухих ударов и крушения мебели тоже. Все произошло в считаные секунды.
Через узкую щель в двери я увидела сидящего в кресле Маэстро со связанными руками и ногами.
– И что ты теперь собираешься со мной делать? – донесся до меня голос Грекова.
– Не бойся, убивать не буду, – ответил Красавцев.
Греков неопределенно пожал плечами, что, очевидно, должно было означать – ну раз так, то другое дело!
– Ты, конечно, все ловко устроил, я и сам не прочь поизвращаться, – продолжил Греков. – Помятые ребра и брызжущая кровь некоторых возбуждает, но это не совсем в моем вкусе.
