Через полгода после заключения в темнице умер насильственной смертью князь Андрей Иванович. Гражданская война не состоялась. Дело закончилось торговой казнью бояр Андрея Ивановича, многие из них принадлежали к знатным древним родам, например, князья Оболенские, Пронский, Хованский и другие. Их вывели на торговую площадь и принародно отстегали кнутом, как значительно позже русские помещики будут стегать кнутом крепостных крестьян.
Борьбу за власть Елена вела с большим преимуществом в свою пользу и в пользу сына. Это обстоятельство сыграло не последнюю роль в успехах внешнеполитической деятельности русского правительства и в развитии экономики в стране. Москва заключила дружественные договоры со шведским королем Густавом Вазой, с магистром Ливонского ордена Плеттенбергом, с молдавским воеводой Петром Стефановичем, а также с ногайским и астраханским ханами. Кроме того, Верховная Дума и Елена Глинская пытались расширить и восстановить дипломатические связи со странами Европы. Успешная в целом внешнеполитическая деятельность помогала стране Московии вести борьбу (не обязательно военными средствами) с главными соперниками Русского государства в Восточной Европе: Крымским ханством, Великим княжеством Литовским и Казанским ханством. Надо отдать должное Верховной думе и Елене Глинской, а в некоторой степени и Ивану Телепневу в том, что, часто оказываясь под ударами двух, а то и трех противников, Москва четко организовывала противодействие, посылала войска на запад, юг и восток, сдерживала натиск всех, мечтавших воспользоваться малолетством Ивана IV, с тем чтобы оттяпать от Руси землицы побольше и поставить ее на колени. В будущих успехах первого русского царя это сыграло свою роль.
Не забывала Елена и дела московские. Еще Василий III Иванович задумал возвести вокруг города вторую крепостную стену. 20 мая 1534 года начались работы по сооружению Китайгородской стены.
Укрепляя рубежи государства, Елена при полной поддержке бояр основала несколько крепостей, выделила средства на восстановление уничтоженных пожарами Владимира, Ярославля, Твери, на обустройство других городов. При Елене Глинской были казнены «фальшивомонетчики», которые вместо чисто серебряных монет отливали поддельные – с примесью других металлов. Когда обман вскрылся и виновных поймали, правительница определила им такую меру наказания: преступникам отсекали руки и вливали в рот растопленное олово, одну из составляющих фальшивых монет. С тех пор на Руси появились монеты с изображением великого князя на коне с копьем в руке (а не с мечом, как было раньше). Это великокняжеское копье и дало название знаменитой русской копейке.
Подводя итог деятельности правительницы, Н.М. Карамзин пишет: «…Елена ни благоразумием своей внешней политики, ни многими достохвальными делами внутри государства не могла угодить народу: тиранство и беззакония, уже всем явная любовь ее к князю Ивану Телепневу-Оболенскому возбуждала и ненависть, и даже презрение, от коего ни власть, ни строгость не спасают венценосца, если святая добродетель отвращает от него лицо свое». Любовь – дело не государственное, но сугубо личное, и горе тем влюбчивым людям, которых судьба возносит к вершинам власти, где это чувство обязано подчиняться строгим законам и упрямым обычаям данной страны, данного народа. Любовь не признает рамки условностей, часто надуманных, но всегда жестких. У любви свои условности, своя цель, свои «святыни» и «добродетели». О них знают не только влюбчивые люди, но была ли любовь у Елены Глинской и Ивана Телепнева?
Этот вопрос, а вернее ответ на него, имеет принципиальное значение для тех, кто пытается осмыслить важнейший период в жизни Ивана IV Васильевича, еще не Грозного, а впечатлительного мальчика-венценосца, период, который остался за пределами исследования личности первого русского царя, и подобное пренебрежение, мягко говоря, непонятно. Грозными, как и суровыми, рождаются редко, обычно ими становятся. Родился ли Иван IV Васильевич разнузданно-грозным человеком, сказать трудно, но среда, в которой он обитал начиная с трехлетнего возраста, когда память даже у средних людей начинает фотографировать и закладывать в бесчисленные ячейки самые яркие сцены жизни, а также душевные впечатления от них, была средой, наиболее благоприятной для взращивания неуравновешенных, дерзких, эгоистичных особей человеческого рода, злых и нежных, суровых и плаксивых, грозных и трусливых, любвеобильных и низменных, чутких и жестоких, умных и разболтанных – одновременно.
Из благочинной, почти идиллической семейной обстановки трехлетний мальчик попадает в эпицентр политической жизни, в окружении семи бояр опекунского совета и двадцати двух бояр Верховной думы, где каждый имел свою цель, свою сверхзадачу, олигархову.
