Обряд венчания на царство состоялся 16 января 1547 года, а 13 февраля в храме Богоматери митрополит Макарий венчал Ивана IV и Анастасию Романовну Захарьину. Она была дочерью Романа Юрьевича, окольничего; воспитывалась, как и царь, без отца, отличалась кротким нравом и щедрой душой. Свадьба продолжалась несколько дней. Во дворце, в Кремле, в Москве гулял народ и радовался.
Молодожены однажды утром покинули дворец и пешком отправились в Троицкую лавру, где провели в ежедневных молитвах первую неделю Великого поста, первую неделю совместной жизни, самую мирную, самую спокойную.
Но могла ли быть спокойной и счастливой жизнь Анастасии, жены Ивана IV Васильевича, издерганного, психически неуравновешенного, морально развращенного боярами (на охотах они подсовывали ему баб), озлобленного, чем-то напоминающего голодного сильного волка, вожака? «В жизни всякое случается», – ответит на этот вопрос осторожный человек, но это «всякое» случается чрезвычайно редко, особенно с монаршими особами, да в столь ответственный период истории, когда Русское государство за неполные сто лет преодолело путь от Великой смуты, закончившейся в 1462 году, к освобождению от данной зависимости от Орды, к созданию централизованного Русского государства, которое в силу самых разных объективных причин уже при Василии III Ивановиче стало выходить на очередной вираж истории, превращаясь в державу имперского типа. Из одного состояния – в другое, в третье, в четвертое. И все на приличной скорости, на предельной скорости.
Думать нужно было быстро, решения принимать точные, взвешенные. Но не так-то просто юному царю, издерганному, было угадывать верные ходы для страны.
Мы не будем в очередной раз пересказывать историю жизни этого государственного деятеля, ограничимся лишь итогами, знакомыми событиями, на фоне которых вспыхивали и быстро гасли судьбы несчастных женщин, по воле рока попадавших в злую жизненную воронку Грозного.
16 января 1547 года Иван IV Васильевич венчался на царство.
13 февраля 1547 года был совершен обряд бракосочетания первого русского царя и Анастасии, дочери окольничего Романа Юрьевича Захарьина.
В этот же год Москва трижды горела. Самым страшным за многие века был июльский пожар, опустошивший стольный град.
Кто-то из противников Глинских, которые заняли теперь ключевые посты в государстве, пустил в народе слух, будто княгиня Анна Глинская, бабка царя, организовала поджоги. Люди поверили этой нелепице, взбунтовались, убили сына Анны, разграбили имения Глинских.
В это же время Иван IV встретился с Сильвестром, стал меняться, как пишут летописцы, в лучшую сторону.
В 1550 году вышел Судебник как переработанное и дополненное Уложение Ивана III. Это был второй полный свод законов Русского государства.
В 1551 году был составлен «Стоглав».
В 1552 году русское войско овладело Казанью. Иван IV, возглавлявший поход, одержал первую свою крупную победу, но крепко поссорился с боярами, которые просили его остаться в побежденном городе до весны. Они боялись, как бы многочисленные воинственные народы, обитавшие на землях Казанского ханства, не восстали. А царь стремился в Москву, в центр управления державой, в город, где вот-вот царица Анастасия должна была родить.
Иван IV уехал. И у него были на это свои доводы. Сирота, он стремился к жене своей, сироте.
Анастасия родила ему в 1553 году сына Дмитрия.
В том же году в Казанском ханстве восстали вотяки и черемисы, одержали несколько побед. Царь собрался в поход, но тяжело заболел. Так тяжело, что бояре стали думать о наследнике. В завещании Иван IV назначил преемником грудного Дмитрия. Но вдруг некоторые бояре воспротивились этому, вспоминая тяжелые времена в Кремле в годы детства самого Ивана IV. Они хотели, в случае смерти его, иметь царем князя Владимира Андреевича, двоюродного брата больного монарха. Опять был спор.
Весной 1553 года Иван IV вместе с Анастасией и сыном Дмитрием отправился в далекое путешествие в монастырь святого Кирилла Белозерского. Бояре были против этой поездки, опасной для здоровья царя, пережившего тяжелую болезнь, и для сына. Да и борьба в Казанской земле не угасла. Иван IV несколько месяцев назад, больной, дал обет в случае выздоровления поехать в монастырь, помолиться святым мощам. Остановить его не смог даже Адашев. Даже Сильвестр. Царь будто бы искал чего-то, очень важного.
В обители святого Сергия он долго с Максимом Греком беседовал. Старец отговаривал самодержца от путешествия. Уже после беседы он попросил Адашева и Курбского передать царю, что долгий путь отнимет у него сына, но даже грозное слово не остановило Ивана IV. Пророчество сбылось, Дмитрий умер в июне, путешествие продолжалось. Во всех монастырях царь вел беседы со старцами. Чему они учили его?
