Я снова киваю. Провожу по экрану большим пальцем.
– Я вам говорил: вы мне интересны. Та старая стерва из нашего квартала рассказала мне о вас. Ну, очевидно, не все. С тех пор я многое узнал. Вот поэтому я и принес ту свечку. Мама ничего об этом не знала. Она не разрешила бы мне. – Он умолкает, разглядывает меня. – Спорю, вы были хорошенькой.
Он подносит нож для писем к моему лицу. Отводит лезвием прядь со щеки. Я вздрагиваю, судорожно вздыхаю.
– Та леди сказала, что вы все время сидите дома. Это тоже было интересно. Странная женщина, которая никогда не выходит на улицу. Этакая чудачка.
Я зажимаю в пальцах телефон. Дотронусь до экрана с паролем и наберу эти четыре цифры. Я много раз их набирала. Смогу сделать это в темноте. Смогу сделать, если рядом сидит Итан.
– Я чувствовал, что должен узнать вас.
Прикасаюсь к кнопке на телефоне, нажимаю ее. Кашляю, чтобы замаскировать щелчок.
– Мои родители… – начинает он, поворачиваясь к окну.
И умолкает.
Моя голова поворачивается вслед за ним. И я вижу то, что видит он: свечение телефона, отраженное в стекле.
Он судорожно вздыхает. Я тоже.
Я мельком взглядываю на него. Он смотрит на меня в упор.
Потом ухмыляется.
– Шутка. – Он указывает на телефон ножом для писем. – Я успел изменить код. Как раз перед тем, как вы проснулись. Я не дурак. Не собираюсь оставлять рядом с вами работающий телефон.
У меня перехватывает дыхание.
– А из того, что в библиотеке, я вынул батарейки. Говорю, чтобы потом не удивлялись.
Я цепенею.
Он машет в сторону двери.
– Так или иначе я уже две недели прихожу сюда по ночам, разгуливаю по дому, наблюдаю за вами. Мне здесь нравится. Тихо и темно. – У него задумчивый голос. – Мне даже интересно, как вы живете. Такое чувство, будто я исследую вашу жизнь. Типа, пишу очерк. Я даже… – Он улыбается. – Сфотографировал вас на ваш телефон. – Гримаса. – Или это было слишком? Чувствую, что да, перебор. О-о… но спросите меня, как я разблокировал ваш телефон.
Я молчу.
– Спросите. – В его голосе слышится угроза.
– Как ты разблокировал мой телефон? – шепчу я.
Он широко улыбается, как ребенок, который знает, что сейчас скажет что-то умное.
– Вы сами научили меня.
Я качаю головой:
– Нет.
Он закатывает глаза.
– Ну хорошо – научили не меня. – Он наклоняется ко мне. – Научили ту старую суку из Монтаны.
– Лиззи?
Он кивает.
– Ты… шпионил за нами?
Он глубоко вздыхает.
– Господи, вы и правда глупая. Кстати, я не учил плавать детей-инвалидов. Я бы скорее сам утопился. Нет, Анна, я и есть Лиззи.
У меня отваливается челюсть.
– Или был, – говорит он. – В последнее время она часто выходит из дому. Думаю, ей намного лучше. Благодаря сыновьям – как там их зовут?
– Боу и Уильям, – не задумываясь отвечаю я.
Он снова хихикает.
– Черт меня дери. Не могу поверить, что вы это помните. – Смеется громче. – Боу. Клянусь, я придумал это с ходу.
Я с изумлением смотрю на него.
– В тот день, когда я впервые зашел к вам, на ноутбуке был открыт тот дурацкий сайт. Дома я сразу создал аккаунт. Познакомился со всякого рода одинокими лузерами. ДискоМики, или как его там. – Он качает головой. – Это так смешно. Но он свел меня с вами. Надо же было с чего-то начать, чтобы вы не удивлялись новому знакомству. Ну ладно. Вы рассказали Лиззи, как шифровать пароли. Заменять буквы на цифры, и прочее дерьмо. НАСА отдыхает.
Мне никак не проглотить застрявший в горле ком.
– Или использовать дату рождения – так вы сказали. А вы говорили мне, что ваша дочь родилась в День святого Валентина. Два и четырнадцать. Вот каким образом я влез в ваш телефон и сделал ту фотку, на которой вы храпите. Потом я поменял пароль, чтобы подшутить над вами. – Он грозит мне пальцем. – Я спустился и влез в ваш настольный компьютер. – Наклонившись ко мне, он говорит с расстановкой: – Конечно, паролем было имя Оливии. Для компьютера и почтового ящика. И конечно, вы просто поменяли местами буквы. Как посоветовали Лиззи. – Он качает головой. – Но ты офигенно тупая, а?
Я ничего не говорю.
Он сердито смотрит на меня.
– Я задал тебе вопрос, – говорит он. – Ты ведь офигенно тупая, да?
– Очень, – говорю я.
– Очень – что?
– Очень глупая.
– Кто глупый?
– Я.
– Просто офигенно тупая.
– Да.
Он кивает. В окна хлещет дождь.
– Значит, я создал аккаунт «Джимейл». На твоем компьютере. Ты писала Лиззи, что твои родные при разговоре по телефону всегда говорили: «Угадай кто» – и этого никак нельзя было пропустить. Угадай кто, Анна? – Он хихикает. – Потом я послал снимок на твой адрес. Жаль, я не видел твоего лица.
Он снова хихикает.
В комнате не хватает воздуха. Тяжело дышать.
– И я просто обязан был вставить в аккаунт имя моей матери. Готов поспорить, это привело тебя в экстаз. – Он ухмыляется. – Но ты рассказала Лиззи кое-что еще. – Он снова наклоняется вперед, направив нож для писем мне в грудь. – У тебя был роман, потаскуха. И ты угробила своих близких.
Я лишаюсь дара речи. У меня ничего не осталось.
