Теперь настало время Аспазии. Она была вызвана на суд, где ей предъявили два обвинения: кроме личной безнравственности и безбожия ей приписали сводничество, совращение свободных афинянок, которых она будто бы вызывала в дом Перикла для любовных утех хозяина. Обвинения эти, выдвинутые постоянным противником Перикла одноглазым комедиографом Гермип-пом, были построены на песке. Они только показали, как клеветники использовали обстоятельства, чтобы нанести удар людям, которые когда-то разоблачали их же неблаговидные поступки.
Но суд есть суд, и дело Аспазии могло принять худой оборот. По греческим обычаям, женщинам нельзя было выступать в общественном месте. Стало быть, Аспазия не могла сама себя защитить, и эту функцию пришлось взять на себя потрясенному вероломством врагов Периклу. Во время разбирательства он использовал все свое красноречие, прося присяжных не наносить ему тяжкого удара осуждением жены. С трудом, со слезами на глазах ему удалось добиться ее оправдания. Присяжные пошли навстречу Периклу и сняли все обвинения. Противники не могли стереть из памяти всего того, что сделали эти выдающиеся люди. Народная память предает забвению наветы злобных и неправедных людей, которых немало в любом обществе, и передает новым поколениям все лучшее.
В 351 году до н. э. Перикл издал закон о гражданстве, по которому гражданином Афин мог быть только тот, у кого и отец и мать имели афинское гражданство. Тогда этот закон был важной мерой утверждения афинской демократии. Согласно афинской конституции, каждый гражданин имел право на обеспечение продовольствием из казны государства. Поэтому чем меньше было число граждан, тем больше была доля дохода каждого из них. После принятия этого закона провели чистку гражданских списков, из которых многие были вычеркнуты по доносам о рождении родителей. Мог ли думать тогда Перикл, что этот закон сильно ударит по самому законодателю.
Дело в том, что единственный сын Аспазии и Перикла, которому они дали имя отца, по этому закону лишался права гражданства, как сын иностранки. Снова Перикл бросился в бой, теперь уже за сына, и ценой неимоверных усилий сумел добиться внесения его в гражданские списки. Это было уступкой ему за особые личные заслуги.
Пелопоннесская война знаменовала начало последнего трагического периода в жизни знаменитого государственного деятеля. Через несколько лет после начала военных действий на Афины с Востока обрушилась страшная эпидемия, которая скосила множество афинян. Не обошла она и дом Перикла. Умерла его сестра, затем оба сына от первого брака: сначала старший — Ксантипп, а через восемь дней младший — Парал. Потом наступила очередь самого Перикла, несмотря на героические усилия его жены уберечь любимого мужа от гибели. Он умер на 65 году жизни, осенью 429 года до н. э., став последней жертвой уже угасающей эпидемии.
Рок Перикла через много лет после его смерти настиг и его последнего любимого сына, который стал жертвой диких суеверий. На заключительном этапе затянувшейся войны (летом 406 года до н. э.) афинский флот одержал блестящую победу над спартанским у Аргинузских островов (близ Лесбоса). Это была последняя победа афинян в Пелопоннесской войне. Но вместо награды победители были преданы суду, поскольку из-за сильной бури они не успели подобрать раненых и погибших, оказать помощь уцелевшим морякам. По афинским законам, это было преступлением.
Против стратегов флота (в числе которых был и Перикл — сын Перикла) начался процесс. Рассмотрение дела было передано притании[34].
По нормам афинского судопроизводства, требовалось судить каждого виновного в отдельности и выносить приговор индивидуально. Но суд пренебрег этим и осудил всех стратегов одновременно. Они были приговорены к смертной казни. Единственным человеком, оставшимся на страже закона и проголосовавшим против несправедливого приговора, был Сократ. Во время суда он был одним из пританов, но изменить решение суда не мог. Сын Аспазии и Перикла ушел из жизни.
