Хотя организация «Индустриальные рабочие мира» (ИРМ) не была политической партией — и на деле выступала против создания политических партий, — она, однако, была второй по значению силой, оказавшей воздействие на процесс создания Коммунистической партии. Организация «Индустриальные рабочие мира», известная в народе под названием «уоблиз», возникла в 1905 году. Провозгласив себя союзом промышленных рабочих, ИРМ заявила, что в отношениях между классом капиталистов и наемными рабочими никогда не может установиться гармония. Конечной целью «уоблиз» был провозглашен социализм, а стратегией — непримиримая классовая борьба. На первом собрании, которое созвал «Большой Билл» Хейвуд, среди признанных лидеров рабочих, сидевших в президиуме, были две женщины — «матушка» Мэри Джонс и Люси Парсонс.
Хотя обе организации — и Социалистическая партия и ИРМ — принимали женщин в свои ряды, содействовали их политическому росту и превращению в вожаков рабочих и агитаторов, только ИРМ проводила последовательную политику беспощадной борьбы с расизмом. Социалистическая партия под руководством Дэниела де Леона не признавала, что угнетение черных есть особая форма гнета. Хотя большинство черных было занято в сельском хозяйстве — издольщики, мелкие арендаторы, сельскохозяйственные рабочие, — социалисты утверждали, что их движение касается только промышленных рабочих. Даже такой выдающийся руководитель социалистического движения, как Юджин Дебс, говорил, что черные как народ не нуждаются во всесторонней защите своих прав, чтобы быть равными и свободными. Поскольку социалисты отвергали все, что не относилось к борьбе между трудом и капиталом, Ю. Дебс заявлял: «Мы не можем предложить неграм ничего, кроме этого»{414}. Что касается ИРМ, то она ставила своей основной целью создать профсоюз наемных работников и развивать в них революционное социалистическое классовое сознание. Однако в отличие от Социалистической партии ИРМ обращала особое внимание на специфические проблемы черных. Мэри Уайт Овингтон заявляла: «В этой стране существуют две организации, показавшие, что они заинтересованы в предоставлении неграм равных прав в полном объеме. Первая — Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения. Вторая организация, борющаяся с сегрегацией негров, — ИРМ. ИРМ стояла и стоит на стороне негров»{415}.
Черная женщина Элен Холмэн была социалисткой и ведущей активисткой кампании в защиту заключенной в тюрьму Кейт Ричардз О'Хейр, одного из лидеров Социалистической партии. Однако число женщин ее расы в Социалистической партии было очень незначительным. До второй мировой войны численность черных женщин, работавших в промышленности, была ничтожно мала. В силу этого агитаторы, занимавшиеся привлечением в Социалистическую партию новых членов, их практически игнорировали. Пренебрежительное отношение к черным женщинам было частью доставшегося от Социалистической партии тяжелого наследия, от которого Коммунистической партии предстояло избавиться.
Как вспоминал лидер коммунистического движения, и его историк Уильям З. Фостер, «в начале 1920‑х годов партия… недостаточно учитывала специфические требования негритянок, работавших в промышленности»{416}. В последующее десятилетие — коммунисты пришли к пониманию того, что расизм занимает в американском обществе особое место. Они поставили дело освобождения черных на серьезную теоретическую основу, и их заслуги в борьбе против расизма огромны.
Люси Парсонс — это одно из немногих имен черных женщин, периодически появлявшихся в хронике американского рабочего движения. Почти повсеместно ее образ рисуют упрощенно — как «преданной жены» Альберта Парсонса, «мученика Хеймаркет–сквер»[28]. Действительно, Люси Парсонс была одним из самых боевых защитников мужа, но как личность она представляла собой гораздо больше, чем верная жена и гневная вдова, стремившаяся защитить своего мужа, а затем — отомстить за его смерть. Недавно опубликованная Кэролайн Эсбо биография Люся Парсонс{417} подтверждает, что она как журналист и агитатор защищала интересы рабочего класса более 60 лет. Люси Парсонс включилась в рабочее движение почти за 10 лет «хеймаркетской бойни» и продолжала в нем участвовать еще 55 лет после нее. Развитие ее политических взглядов прошло путь от юношеского увлечения анархизмом до вступления в Коммунистическую партию в зрелые годы.
