Женский хор полностью

Анита М., 28 лет. Кровотечения на фоне ВКС. Пятеро детей (за восемь лет). После эндоскопии брюшной полости в связи с острым сальпингитом ее гинеколог (она ходила к нему в клинику Сент-Анж, но он принимает и в акушерской клинике, ведет бесплатные и частные консультации) сказал ей, что она бесплодна, что предохраняться бессмысленно. Он с высокомерным видом заявил ей, что ее трубы и матка больше ни на что не способны и что виноваты в этом они, она и ее муж, потому что изменяли друг другу направо и налево и подхватили эту гадость. Он добавил, что делать детей одного за другим в наши дни очень глупо, и для таких, как она, бесплодие — услуга, которую ей оказывает жизнь. Ей и обществу. Она ушла от врача без противозачаточных средств, в трауре по своей фертильности и оскорбленная обвинениями этого идиота. Мужу она не изменяла (да и как это сделать, с пятью малолетними детьми? В лифте высотного дома — она живет на 13-м этаже, — со служащим, доставляющим товары на дом?) и не верила, что у мужа есть любовница. Через полгода она снова забеременела и пришла сюда. Разумеется, угодить в лапы этого коллеги ей не хотелось. Она попросила клинику переслать ее карту мне, и они передали мне ее без пометок практикующего врача, но со всеми анализами. Этому придурку было бы лучше промолчать и посмотреть на результаты мазка: сальпингит Аниты возник из-за Strepto B, а не из-за инфекции, передающейся половым путем, так что ни она, ни ее муж тут были ни при чем. Поскольку ее сальпингит, естественно, полностью вылечился, сразу после ДПБ я установил ей спираль — то, что прежний гинеколог делать отказывался. Ее муж, который пришел вместе с ней и в присутствии которого я открыто сказал, что думаю по этому поводу, набил гинекологу морду. Поскольку последний был не совсем дурак, а к тому же, видимо, обладал связями, то направил дело в суд. Я свидетельствовал в пользу мужа и сказал адвокату, что готов выступить в качестве свидетеля, что на его месте я бы сделал то же самое. (Секретарь Коллегии позвонил мне и стал настоятельно отговаривать идти в трибунал, я ему ответил, что если он хочет меня убедить, то ему необходимо передать мне свою просьбу в письменной форме — иными словами, он может отправляться ко всем чертям, потому что, поскольку он не только секретарь департаментской Коллегии, но также друг истца, он, очевидно, не станет действовать себе во вред. Он очень глуп, но, к несчастью, не до такой степени…). Сегодня Анита пришла потому, что у нее заболел живот, и она испугалась, что это снова сальпингит. Я ее успокоил: это болит внутренняя стенка, после пяти следующих друг за другом беременностей она имеет право на грыжу. Я спросил, по-прежнему ли она хочет перевязать трубы, но она ответила, что в данный момент предпочитает спираль. Спираль у нее уже девять месяцев, она к ней привыкла, чувствует себя намного лучше, и если бы не предстоящий процесс, который отравляет ей жизнь, они с мужем чувствовали бы себя гораздо спокойнее. Ведь теперь они знают, что она не рискует в любой момент забеременеть, а также что она не бесплодна.

Вероника Е. Бросила пить таблетки в июле. Задержка 6 недель. Пришла со своим парнем. Застенчивая, но радуется тому, что беременна. Сказала: «Вы не считаете, что я слишком молода?» (Ей девятнадцать.) Я ответил: «А вы как считаете?» Она: «Я очень счастлива, мы очень счастливы (ее приятель кивнул), но все вокруг твердят, что это безумие». Я: «Это ваша жизнь, а не их». Она: «Вы знаете других женщин, таких же молодых, как я, которые родили детей и у которых все хорошо?» Я (вздыхая и смеясь): «Я знал одну такую женщину. Она родила дочь в таком же возрасте, что и вы». Она: «А сколько ей сейчас лет?» Я: «Вдвое больше, чем ее дочери». Они рассмеялись.

Катрин С. Пришла установить спираль, две недели назад — медикаментозный аборт. Очень меланхолична, безразлична ко всему. Она почти не почувствовала, как я установил ей спираль (или просто не показала виду), а она ведь нерожавшая. На протяжении всей консультации отвечала односложными фразами. Если бы ей не было меньше тридцати, можно было бы подумать, что у нее болезнь Паркинсона. Позже я решил, что это связано с резким упадком сил после ДПБ при обстоятельствах, о которых она не захотела со мной говорить, но которые, судя по всему, были очень-очень непростыми. Когда она уже стояла на пороге и собиралась выйти, я, чтобы ее развеселить, сказал (и сразу же пожалел об этом, потому что куда я лезу?), что сексом можно заниматься уже в первый вечер после установки спирали. Вопреки всем моим ожиданиям, она широко улыбнулась, как будто это ее освободило. Как будто…

Претензии.

«Я не знала, что есть такое отделение. Это отвратительно, что вы не рассказываете о своем существовании».

«Почему меня не направили к вам раньше?»

«Почему ваши коллеги не сказали мне, что вы устанавливаете / извлекаете спирали / имплантаты и что можно самой выбирать метод контрацепции?»