Усевшись в кресло, Изабелла взяла книгу, но даже и не подумала ее открыть. Откинувшись на спинку, она негромко замурлыкала себе под нос, как порой делала после не самых очевидных поступков, и предалась удовлетворенным размышлениям об отказе двум пылким поклонникам за какие-то две недели. Стремление к свободе, о котором она столь решительно поведала Каспару, пока в практические действия не перешло: возможностей предаваться своей мечте у Изабеллы было совсем немного. Сегодня же она сделала весьма серьезный шаг, вкусив радость победы – пусть большой битвы и не состоялось; планы начали исполняться. Придя в радостное состояние духа, Изабелла тем не менее ощутила угрызения совести, представив мистера Гудвуда, печально бредущего по темным улицам. Открылась дверь, и наша героиня с опаской приподнялась в кресле, решив, что поклонник вернулся, однако в номер вошла Генриетта.
Едва глянув на подругу, корреспондентка догадалась: той недавно выпало нелегкое испытание, а какое – сообразить несложно. Она тут же подошла к Изабелле, однако та встретила ее холодным молчанием. С одной стороны, наша героиня находилась в приподнятом настроении, отправив мистера Гудвуда обратно в Америку – стало быть, его визит пришелся кстати. С другой – она не забыла, как Генриетта заманила ее в ловушку.
– Он приходил, дорогая? – воскликнула корреспондентка.
Изабелла отвернулась и некоторое время не удостаивала подругу ответом, а затем покачала головой:
– Вы поступили дурно.
– Из самых лучших побуждений! Надеюсь, и вы тоже?
– Не вам судить. Вы лишились моего доверия.
Говорила Изабелла крайне неодобрительно, однако бескорыстная Генриетта на тон ответа никакого внимания не обратила – волновали ее лишь чувства подруги.
– Изабелла Арчер, – твердо и серьезно заявила она, – ежели вы отдадите свою руку одному из местных джентльменов, считайте, что мы больше не подруги.
– Прежде чем бросаться подобными угрозами, дождитесь, пока мне сделают предложение, – ответила Изабелла.
О попытках лорда Уорбертона она Генриетте не сказала ни слова и возвращаться к этой истории не собиралась. Оправдываться? Вот еще!
– Не сомневайтесь: как только окажетесь на континенте – предложений долго ждать не придется. Энни Клаймер трижды предлагали руку и сердце в Италии. Маленькой простушке Энни, представьте!
– Ну, раз она устояла, чем я хуже?
– Полагаю, поклонники Энни не слишком настаивали. С вами дело другое.
– Вы мне льстите, – невозмутимо ответила Изабелла.
– Вовсе нет – я говорю чистую правду! Вы ведь не станете отрицать, что дали мистеру Гудвуду надежду?
– Не понимаю, с чего я должна перед вами отчитываться. Еще раз повторяю: доверять вам я больше не могу. Однако, коли уж вы принимаете такое участие в мистере Гудвуде, не буду скрывать – он сей же час возвращается в Америку.
– Хотите сказать, что вы его отвергли? – ахнула Генриетта.
– Всего лишь попросила оставить меня в покое. И от вас прошу того же.
Растерянно моргнув, Генриетта отошла к зеркалу над каминной полкой и сняла шляпку.
– Надеюсь, ужин с сестрами Клаймер доставил вам удовольствие, – продолжила Изабелла, однако подруга не дала себя отвлечь пустыми разговорами:
– Куда вас влечет, Изабелла Арчер?
– Прямо сейчас? В кровать, – все тем же легкомысленным тоном ответила наша героиня.
– Я имею в виду – сознаете ли вы, что делаете? – настаивала Генриетта, осторожно взмахнув шляпкой.
– Понятия не имею и в том нахожу удовлетворение. Несущаяся вдаль карета, темная ночь, четверка резвых лошадей на невидимой дороге – вот мое представление о счастье.
– Явно не мистер Гудвуд научил вас, как говорить подобные вещи, – вы выражаетесь словно героиня неприличного романа, – хмыкнула Генриетта. – Боюсь, впереди вас ждут ужасные ошибки.
Изабеллу бесцеремонность подруги возмутила, и все же она на миг задумалась: нет ли доли истины в ее заявлении? В итоге лишь сказала:
– Наверное, вы и впрямь меня очень любите, раз позволяете себе быть столь бестактной.
– Люблю всей душой, Изабелла, – с чувством откликнулась Генриетта.
– Ежели я вам настолько дорога, оставьте меня в покое – прошу еще раз.
– Смотрите, этак в покое останетесь надолго.
– То же самое говорил и мистер Гудвуд. Я ответила, что готова рискнуть.
– Да уж, бесстрашия вам не занимать. Вы меня пугаете, Изабелла! – вскричала Генриетта. – Когда мистер Гудвуд возвращается в Америку?
– Не знаю, он не сообщил.
– Вероятно, вы даже не сочли нужным поинтересоваться, – иронически заметила подруга.
– Я слишком мало доставила ему радости, чтобы иметь право на расспросы.
Генриетта едва сдержала язвительное замечание и лишь воскликнула:
– Хорошо, что мы близко знакомы, иначе я назвала бы вас бессердечной!
– Перестаньте, – ответила Изабелла, – иначе вы меня совсем расстроите.
– Боюсь, уже расстроила. Ладно… во всяком случае, надеюсь, что бедный мистер Гудвуд встретится на пароходе с Энни Клаймер.
