На следующее утро Генриетта сообщила, что возвращаться сейчас в Гарденкорт не планирует, хотя мистер Тушетт оказал бы ей радушный прием. Ее ждала поездка к леди Пенсл, и мистер Бантлинг обещал доставить приглашение. Генриетта во всех подробностях пересказала свой разговор с компанейским приятелем Ральфа и заявила: наконец нащупала ниточку, которая наверняка приведет к интересным впечатлениям, тем более мистер Бантлинг в получении приглашения от сестры полностью уверен. Как только оно поступит, Генриетта немедля отправится в Бедфордшир. Коли Изабелле будут любопытны ее исследования – милости просим заглянуть в ближайшие выпуски «Интервьюер». Генриетта явно не сомневалась, что скоро ознакомится с жизнью английского общества изнутри.
– Куда вас влечет, Генриетта Стэкпол? – повторила Изабелла вчерашний вопрос подруги.
– К самому высокому положению. Стану королевой американской журналистики. Ежели мой следующий очерк не разойдется по всему Западу, клянусь: я проглочу свою перочистку!
Генриетта уже договорилась с Энни Клаймер пройтись по магазинам и закупить все необходимое в дорогу – мисс Клаймер прощалась с полушарием, в котором ее оценили по достоинству. Вскоре она отправилась на Джермин-стрит. После ее ухода коридорный доложил о Ральфе Тушетте. Как только тот открыл дверь, Изабелла заметила: кузен чем-то озабочен. Новости он выложил едва ли не с порога – пришла телеграмма от его матушки с сообщением о тяжелом приступе старой болезни отца. Миссис Тушетт была крайне встревожена и умоляла сына немедля вернуться в Гарденкорт. Против обыкновения, на сей раз текст телеграммы поводов для критики не давал.
– Я решил, что лучше всего сперва побеседовать с доктором – сэром Мэттью Хоупом, – рассказал Ральф. – По счастью, он как раз в городе. Мы сговорились встретиться в половине первого, и я попрошу его приехать в Гарденкорт. Мистер Хоуп охотно согласится, тем паче что и раньше наблюдал папеньку – и дома, и в Лондоне. В два сорок пять отходит скорый поезд, на нем и поеду. Вы можете присоединиться ко мне или прибыть через несколько дней – как вам будет удобно.
– Разумеется, я поеду с вами! – воскликнула Изабелла. – Вряд ли я чем-то помогу дядюшке, однако он болен, и я хочу быть рядом.
– По-моему, вы его любите, – с застенчивой улыбкой предположил Ральф, – и цените по достоинству, в отличие от многих – ведь папенька слишком сложен.
– Я его обожаю, – подтвердила Изабелла.
– Что ж, очень рад. Кстати, он тоже вами восхищен – почти так же, как я.
Изабелла удовлетворенно кивнула, хотя на минуту в голову закралась мысль: как хорошо, что мистер Тушетт из тех поклонников, что не собираются делать ей предложения… Вслух же она сказала совсем о другом – мол, имеются и другие веские причины не задерживаться в Лондоне. Столица ее утомила, хотелось поскорее уехать, к тому же Генриетта собралась в Бедфордшир.
– В Бедфордшир?
– Да, к леди Пенсл, сестре мистера Бантлинга, – та должна прислать Генриетте приглашение.
Несмотря на тревогу, Ральф расхохотался, однако быстро вновь помрачнел.
– Бантлинг – человек решительный. Но вдруг приглашение затеряется по дороге?
– Всегда полагала, что английская почта безупречна.
– Ну, и на старуху бывает проруха, – пожал плечами молодой человек. – Впрочем, старина Бантлинг – рыцарь без страха и упрека. Что бы ни случилось, о Генриетте он позаботится.
Ральф отправился на встречу с доктором Хоупом, а Изабелла занялась приготовлениями к отъезду из гостиницы. Опасность, в которой очутился дядюшка, взволновала нашу героиню чрезвычайно, и, стоя у раскрытого чемодана, она со слезами на глазах растерянно оглядывала комнату. Вероятно, по этой причине к двум часам, когда вернулся кузен, вещи были еще не сложены. В гостиной молодой человек застал мисс Стэкпол, только что поднявшуюся в номер после ленча, и та выразила Ральфу соболезнования по поводу болезни старика.
– Мистер Тушетт – великий человек, – вздохнула Генриетта, – и останется таковым до последнего. Ежели и в самом деле наступают последние его дни – уж простите за подобные слова, однако вы наверняка держали в уме печальный исход, – мне жаль, что не получится появиться в Гарденкорте.
– Надеюсь, в Бедфордшире вас ждут более интересные развлечения.
– Неловко развлекаться, когда происходят столь грустные события, – приличествующим случаю тоном ответила Генриетта. – Мне хотелось бы присутствовать при прощании.
– Отец может прожить еще долго, – возразил Ральф и тут же, перейдя к более жизнерадостным темам, принялся расспрашивать корреспондентку о предстоящей поездке.
Сознавая, что молодому человеку приходится нелегко, та на сей раз обращалась к нему мягко и между прочим поблагодарила за знакомство с мистером Бантлингом.
– Ваш друг поведал мне много интересного, – сообщила она. – Рассказал о светских новостях, о королевской семье… Ежели по правде, пока не могу сообразить, насколько услышанное мною делает честь правящей династии. Впрочем, мистер Бантлинг настаивает, что у меня просто своеобразный подход. Ничего; пусть только даст мне факты, а я уж быстро сложу их в цельную картину.
