- Ни разу?- Игэа провел острием хирургического ножа сквозь пламя. - Тогда надежда есть...
- Ты введешь противоядие через разрез?- спросил Иэ.
- Да. Это единственный путь. Мне опять нужна будет ваша помощь, ло-Иэ.
...
Миоци услышал шорох возле двери и быстро шагнул в эту сторону. "Огаэ?"- подумал он. - "Я же велел ему идти спать!"
Но у дверей стоял не ученик белогорца, а Сашиа. Миоци не сказал ни слова. По ее лицу было видно, что она слышала весь разговор.
- Пойдем, дочка, - сказал Иэ, обнимая ее за плечи. - Ли-Игэа сделал все, что нужно. Остается ждать.
- Нет, дедушка Иэ, я останусь здесь.
Голос ее был тверд.
- Сашиа! - строго сказал Миоци.- Ты и так вошла сюда без спроса. Ступай к себе.
Она не пошевелилась. Игэа встал со своей скамеечки, подошел к ней, и тихо сказал:
- Мы должны надеяться. Нам нужны твои молитвы... послушай брата.
Иэ, прижав к себе Сашиа, сделал шаг к двери. Она последовала за ним, склонив голову.
...Уже на лестнице они услышали крик - крик Каэрэ, полный неописуемого ужаса:
- Черное солнце!
Ночь и Башня
Ночь сгущалась. Сашиа и Тэлиай сидели, обнявшись, внизу, у лестницы, на теплом ковре - такие ткут жены степняков.
- Я не могу больше молиться, мамушка Тэла.
Тэлиай вытерла ей слезы.
- Ты просто отдай его Ему в руки...
- Я не могу...
- Тогда скажи Ему, что не можешь... Он знает.
- Я не понимаю. Я хочу умереть.
- Не говори так, дитя. У меня, кроме вас с Аирэи, никого на свете нет.
Рабыня заплакала. Сашиа прижалась к ней и после долгого молчания сказала:
- Мамушка, как же ты пережила, когда Аэрэи убили?
- Ох, молчи, дитя...Тогда я и поняла, что надо рядом с Ним стоять...стать и стоять. И все. С Ним не так страшно. Он знает. Он все знает. Он все на себя берет, а Ему некому помочь...
В ночи стрекотали цикады. Духота наполняла собой и затихший дом, и сад. Деревья безмолвно поднимали ветви, как руки, к небу, словно исповедуя Имя Великого Уснувшего, который сотворил и их, и грядущую грозу.
Светильник на полу потух. По ветвям пронесся шорох, словно ударила крыльями гигантская невидимая птица. Мгновенно умолкли цикады, и в молчании по листьям оглушительно ударил ливень.
Повеяло прохладой.
Сашиа с облегчением глубоко вдохнула прохладный воздух. Издалека слышался рокот приближающейся грозы.
- Дитя, я закрою ставни и окна...
Дождь нещадно хлестал листья. На мгновенье полузакрытые ставни пробил неживой свет молнии, и старый дом пошатнулся от грохота. Откуда-то появившийся раб Нээ сказал Тэлиай шепотом:
- Я вытащил лодку с чердака и поставил ее в саду. Может быть - эта ночь явления большой воды? Как ты думаешь?
Ключница покачала головой, но ничего не ответила. Нээ прошептал: "О, Тису!" и скрылся во мраке.
Игэа незаметно подошел к девушке.
- Ты спишь, Сашиа? Прямо здесь, на ковре?
Он взял ее ладонь в свою и начертил две пересекающиеся под прямым углом линии.
Она в изумлении посмотрела на него своими глубокими, темно-зелеными глазами.
- Ты тоже?
- Да, как и ты...
- Я так боюсь, я - сестра ли-шо-шутиика...- вырвалось у нее.- Если бы я была просто девой Шу-эна в затерянном Ли-тиоэй, я боялась бы меньше. И я там была не одна такая.
- Я тоже очень боюсь, - сказал белогорец. - за Аэй, за дочку... Если бы мы боялись меньше, то делали бы славные дела... как наши предки.
- Куда ты, брат?- вдруг громко сказала Сашиа, устремив взор во тьму.
Миоци в плаще и праздничной белой, расшитой золотой и алой нитью, жреческой головной повязке подошел к ней.
- Я иду на Башню Шу-этэл, сестра. Гроза.
- Я иду с тобой!- неожиданно почти вскрикнула она.
- Это невозможно, ты же знаешь.
- Я хочу дать обет Башни! - вырвалось у нее.
- Не шути с этим. Я запрещаю тебе давать этот обет.
- Зачем... зачем тебе идти сегодня на Башню?- уже тихо и сдавленно проговорила Сашиа.
Новая вспышка молнии отразилась в зеленоватых глазах Миоци.
- Это единственное время, когда можно встретиться с Великим Уснувшим. Он бывает виден сквозь молнию... Прощай, Сашиа.
- Ты прощаешься со мною, брат?
- Таков обычай - идущий навстречу Великому Уснувшему может не вернуться. Всесветлый да просветит тебя, - помолчав, он добавил:- Если что-то случиться со мной, Игэа обещал мне позаботиться о тебе, - он взглянул на Игэа.
Врач кивнул.
Миоци быстро поцеловал ее в лоб и стремительно вышел.
- Он пойдет пешком до Башни Шу-этэл. Таков обычай.
- Гроза может закончиться к тому времени, - закончила мысль Игэа девушка с надеждой.
Но после этого она бессильно опустила голову на руки и закрыла глаза. Она услышала тяжелые, словно шаркающие шаги Иэ - куда пропала его поступь белогорца...
- Уже ушел?- тревожно спросил Иэ из темноты и сам себе ответил:- Ушел... Да... Древний белогорский обычай вставать на скалу во время грозы. У него и имя такое - "Смотрящий со скалы".
Голос его был почти ровный.
- Не бойся, дочка. К утру он вернется. Это не в первый раз. Молния редко бьет в эту башню, - продолжал Иэ, обращаясь к Сашиа. Она открыла глаза и кивнула.
