Огрины собрались быстро, вещмешки уже были уложены, амуниция подогнана под физические параметры бойцов, личное оружие поставлено на предохранитель, батареи и наполненные патронами магазины для болтеров хранились в подсумках. Эмилия подивилась выучке этих громил, за те два месяца, что они пробыли в учебке, времени даром не теряли, улучшая навыки стрельбы и постоянно имитируя на полигоне всевозможные боевые ситуации. Комиссар Хольтц готовил своих учеников к отражению любых атак и проведению успешных нападений. Но больше всего Эмилию поразило оружие огринов — они почти все поголовно ходили с лазганами, переделанными под их размеры из стационарных лазерных турелей или же из установок на транспортерах. При этом про дробовики громилы тоже не забывали, часть вооружалась ими и личным холодным оружием. Но и это было еще не все — у каждого в отделении была своя специализация, однако это не означало, что огрин не умел пользоваться другим оружием. Например в отделение из тридцати человек входило пять снайперов с невероятно убойными стволами, в основном они были девушками, и примерно поровну солдат, вооруженных лазганами и дробовиками, кроме того вторым оружием некоторых являлись огнеметы, а часть таскала на себе зарядные ранцы для лазерного оружия, чтобы превратить его подобие скорострельного хелгана, каковым он по сути и являлся, при этом оставаясь достаточно мобильной. У каждого, помимо холодного оружия было два вида стрелкового — лазган или дробовик и лазпистолет, малый болтер, огнемет или же снайперская винтовка. Когда же Эмилия увидела пару ракетометчиков, пусковые установки которых напоминали стоящие на транспортерах, то поняла, что триста харь по своей огневой мощи вполне заменят собой небольшое подразделение гвардейцев рыл эдак в 1000, а может быть и больше.
Кроме оружия и малой толики личных вещей все оргины были облачены в доспехи и броню. Командиры, гранатометчики, снайперы, огнеметчики и операторы тяжелых лазганов, для которых хелган был просто слабенькой пукалкой, все они носили броню, сделанную из бронелистов транспортеров «Химера» или же «Саламандра», некоторые несли за спиной щиты из того же материала, чтобы прикрываться ими в ближнем бою, когда закончатся патроны или же разрядятся батареи. Остальные были облачены в хитиновые доспехи, прикрывающие все уязвимые места. Кожаных не было от слова совсем — рота больше всего напоминала штурмовую и легко могла сблизиться с противником, даже выдержав обстрел из минометов, такова ее была защищенность. Наверное. Эмилия, глядя на этих могучих воинов, почувствовала себя не просто беззащитной в своем легком бронежилете и плаще комиссара, она ощутила себя натуральной пушинкой по сравнению с этими амбалами.
Рота построилась на плацу и комиссар Хольтц вышел перед ними, чтобы сказать напутственное слово. Эмилия стояла слева рядом с Хватом, как того требовал устав и ощущала себя коротышкой рядом с этими исполинами. Хольтц оглядел строй, задерживая взгляд на каждом, словно видел их впервые. Отчасти так оно и было — привыкнуть к этим рожам за два месяца почти невозможно, тем более, что у комиссара кроме них еще три роты проходили подготовку. На эту просто раньше времени пришел приказ, остальные пока сидели в казармах и ждали своего назначения.
— Орлы! — сказал он. — Я горжусь тем, что сделал из вас. Два месяца назад вы стояли передо мной, расхлябанные, неподготовленные, одетые в шкуры и свои доспехи, но оставались теми же храбрыми, могучими воинами, которые способны дать отпор не только Хаосу с его демонами, но и всем остальным ксеносам. Сейчас передо мной стоят солдаты Императора, которые стали еще сильнее и эффективнее в бою. Ваша задача проста — убивать тех, кто посягнул на нашу территорию, защищать гражданских, чтобы они могли дальше трудиться во благо Империума, охранять наши границы от вторжения Хаоса и противостоять ему. — Он задержал свой взгляд на Хвате. — Я верю, что у вас все получится. Многие офицеры не считают огринов за людей, воспринимая их только как пушечное мясо и сильных бойцов, так докажите им обратное! Посрамите своими воинскими подвигами тех, кто считает вас тупицами! Вперед солдаты, за Императора!
— За Императора! — ответил слитно строй и Эмилия ощутила нечто вроде эйфории. Ее тонкий и слабый голос потонул в хоре трехсот глоток, которые в едином душевном порыве ответили на речь комиссара.
