Хольтц с гордостью осмотрел подопечных. При помощи Хвата, человека, вернувшегося из варпа и сохранившего свою память, он смог за такой короткий срок сделать невозможное — подготовить огринов к будущим сражениям. Нет, они и до этого являлись хорошими бойцами на мечах и топорах, однако стрелкового оружия совсем не знали, но все быстро схватывали, им нужна была только практика. А еще — они безоговорочно доверяли своему военному вождю, которым и выбрали Хвата и это сильно упрощало дело. И эта вера в то, что он знает больше и лучше их, помогала им в обучении. Хват работал с каждым индивидуально, объясняя, как лучше стрелять, как перемещаться, как атаковать и отступать и Хольтц видел в этом, пусть и немного незнакомую школу подготовки, но явно военную и радовался тому, что вместо Хвата не возродился какой-нибудь певец или музыкант, от которого толку в бою никакого. Представить огрина, голосящего на сцене было верхом его воображения и комиссар внутренне улыбнулся. Да, неплохая вышла бы шутка.
Что самое интересное, соплеменники Хвата не требовали от него объяснений почему он знает гораздо больше чем они сами. Доверие было не просто полным, любое распоряжение вождя исполнялось неукоснительно. Нет, они могли разговаривать на равных и шутили с ним по-дружески, но всегда понимали, когда пришло время забыть про смехуечки и подчинится. Возможно, это объяснялось их существованием в родном мире, где без взаимовыручки ты погибнешь. Возможно, еще чем-то, но комиссару по большому счету было на это наплевать — Сандра сказала четко и ясно: Хвату можно верить, а слову этого псайкера комиссар доверял больше, чем всем заверениям святош вместе взятых, даже если к ним присоединиться Инквизиция. Она была мощным псайкером и точно определила, что это не хитромудрая комбинация какого либо демона, душа действительно сохранила свою память при возрождений и теперь комиссар знал точно, что он не растворится в бушующем шторме врапа, его обязательно прибьет к берегу. Главное, не родиться синекожим тау или ушастым эльдаром и не дай Император — орком, а то будешь бегать вместе с другими зеленокожими в обносках и неистово вопить «Ваагх!» Хольтц этого просто не вынесет. Он еще раз осмотрел строй и отдал команду.
— Нале-во! — все как один повернулись, даже молоденькая комиссарша Эмилия успела точно выполнить команду. — На посадочную площадку… шагом марш!
И огрины, нагруженные боеприпасами и оружием, вещмешками и медоборудованием, которое затребовал Хват для своих костоправов и комиссар пошел ему навстречу, потопали навстречу своей судьбе. Все, с этого момента у них будет новый командир и доносить до них слово Императора будет совсем зеленый молоденький комиссар. А ему, Хольтцу, нужно готовится к приему следующей партии, которая прибудет через неделю, может быть через две из другого сектора галактики.
Эмилия вздохнула — протопать до площадки предстоит не восемь километров, а гораздо больше. Она видела, что из других казарм на соседних плацах точно также строятся огрины и направляются на посадочное поле, чтобы прибыть в свои подразделения. Как правило этих громил отдавали в пехотные полки как штурмовые роты, реже они попадали в бронетанковые войска и то в качестве тягловой силы и десанта на броне боевых машин. Эмилия знала, что их ждет 102 Валлхальский, который изрядно потрепало и теперь он проходил переформирование. Какая такая чернильная душа в Администратуме решила, что подразделению нужна штурмовая рота огринов, девушка не знала, однако приказ уже был давно подписан и с ним ознакомлены все, в том числе и полковник Конот, нравилось тому это или не нравилось.
Девушка поправила лямки рюкзака и вздохнула, как услышала позади себя голос Хвата.
— Болтушка, ко мне!
Тут же где-то из середины строя выбежал боец, вооруженный «огринским» лазганом, на боку у него в ножнах болтался кривой меч, за спиной — баллон с огнесмесью, боец был огнеметчиком.
— Поступаешь в распоряжение комиссара, будешь ее помощником и адъютантом. — Распорядился Хват.
— Мне не нужен помощник! — возмутилась было Эмилия.
— До посадочной площадки двенадцать километров, — произнес Хват. Так и знала, что тот лейтенант обманул меня, подумала девушка. — Ты будешь тащить свои пожитки все это время? И тормозить нас?
Болтушка протянул руки, чтобы принять вещмешок комиссара, который для него не являлся ношей. Он не сказал ни слова, что для огрина было странно, а Хват тем временем продолжал.
— Сиплый, прими огнемет у Болтушки и отдай ему свой лазпистолет.
— У него же есть лазган, Хват. — С присвистом ответил тот. — Зачем ему мое оружие?
— На хрен тебе лазпистолет в кобуре, если за спиной у тебя будет баллон для огнемета, в руках «Потрошитель», а в ножнах — меч? — вопросом на вопрос ответил лейтенант. — Давай, не спорь, с оружием знаешь, как обращаться.
— Слушаюсь. — Бойцы на ходу поменялись оружием. — Разрешите встать в строй?
— Давай. — Кивнул Хват.
