Токр развернулся и направился к своим людям. Переговоры были завершены.
***
Убийство эльфа, светлого или тёмного — это величайшее преступление не только в эльфийском обществе, но и во всём мире. Если эльфа убьёт человек, зверолюд, орк, гоблин или даже боевой маг Айранга, то эльфийский альянс сделает всё, чтобы убийца заплатил по своим счетам. И расплата за подобное преступление воистину ужасна.
Поцелуй Амвросии — особое заклятие, которое применялось исключительно к врагам эльфийского народа. За пределами Азарии (страны тёмных эльфов) и Цинтрии (страны светлых эльфов, расположенной на юго-востоке материка за перешейком ребристых гор), о заклятии знали лишь то, что оно в разы хуже смерти. Однако, что конкретно происходит с жертвой, подвергшейся его применению — никто не знал. Ходили лишь слухи. Те, кто столкнулся с этим на своём опыте, уже мало что могли рассказать. Вернее, рассказать могли, вот только услышать их было некому.
Вся прелесть заклятия заключалась в том, что преступника подвергали трансформации. Проще говоря, в человека или в представителя другого разумного вида при помощи магии вживляли семена радужного дерева, которое медленно, но верно прорастало через тело. Корни уходили в землю, а ветви поднималась к небу на многие сажни вверх. Казалась бы, пытка мучительная, но с гарантией на смерть, вот только в процессе сего издевательства жертва не умирала. Более того, смерть просто становилась невозможной. Радужное дерево — растение невероятно странное, красивое, великолепное, но главное — магическое. Магическую силу для себя оно брало от земли, и питало ими и свою жертву в том числе.
В итоге, боль изменяющегося тела становилась вечной. Но это было не всё. Жертва становилось с деревом одним целым. Нервные окончания жертвы срастались с жилами растения, и жертва чувствовало всё, что происходило с деревом. Копошащие под корой и корнями паразиты, шастающие по веткам грызуны, долбящие кору птицы — всё это приносило неописуемый спектр эмоций, который был сродни чувствам от тысячи извращённых пыток. И продолжалось это вечно, поскольку радужные деревья не гибли. Жертва попадала в вечную ловушку — постоянно чувствовать боль, не имея возможности умереть. Всё, что оставалось — это смириться, привыкнуть и попытаться найти спасение в забвении.
Роща радужных деревьев была прекрасна и являла собой действительно фантастическое зрелище. Могучие вековые деревья были расписаны яркими красками всех цветов радуги. Эльфы, как светлые, так и тёмные, гордились ими. Однако во внешнем мире никто не знал, что действительно скрывает радужный лес. Более того, не все эльфы были посвящены в тайну создания леса.
Ольфар относился к тем, кто не просто знал о тайне радужных лесов, а принимал непосредственное участие в его создании. Поэтому секретарь совета старейшин любил лично посещать исследовательскую лабораторию, расположенную в восточной радужной роще. Прогуляться по роще — было сродни приёму горячей ванны. Ольфар помимо всего прочего был не обделён талантом в телепатии, поэтому мог легко услышать, о чём думают радужные деревья, вернее, жертвы страшного наказания.
В большинстве случаев те находились в полудремотном забытье. За многие годы боль практически становится нормой и уже почти не мешает жертве дремать. От таких многовековых деревьев тянуло тишиной, спокойствием и безмятежием. От этого прогулка по роще становилась ещё более приятной. Однако, чем ближе Ольфар подходил ко входу в подземную лабораторию, тем отчётливее ощущался совсем другой настрой — боль, страх, ярость, ненависть. Дремавшие деревья бодрствовали. Даже больше — им было до безумия больно.
— Что за чёрт? — Ольфар на секунду приостановился, затем бросился к лаборатории.
У секретаря появилось плохое предчувствие. Чем ближе он подбирался ко входу в исследовательский центр, тем сильнее кричали радужные деревья. И вскоре стало понятно почему. Многие из деревьев были изувечены. На стволах одних были следы когтей, на стволах других — следы мощных ударов, а третьи и вовсе были практически сломаны. Ольфару стало не по себе. Так изувечить толстые стволы магических деревьев могло только очень сильное создание, и, судя по следам на двери лаборатории, выбралось оно именно из подземного бункера.
Эльф медленно и аккуратно, постоянно озираясь по сторонам, спустился по лестнице. Было понятно, что в лаборатории не так давно произошло безумие. В коридоре были видны следы ужасной битвы. Но главное — то тут, то там валялись эльфы. Вернее, всё, что осталось от их тел. Это были охранники. Какие-то тела были просто выпотрошены, какие-то практически съедены, но больше всего было тел, разорванных на куски.
