Ему было приятно видеть растерянность на бугристом лице выродка. Игра в кошки-мышки иногда возбуждала сильнее, чем кулачный бой.
– Большой Брат, ты просто не можешь знать… об этой угрозе, – убедительно и старательно проговорил Денис. – Но для того я и прибыл… помочь вам.
– Спаситель?! – хохотнул Пэн, вызвав приступ смеха у рядовых и офицеров «Кобры». – Вот так новости! Как же ты попал на борт «Императора»? Прилетел на небесном драконе?
– Я проник внутрь… по документам работника консульского отдела посольства Сибирской Республики, – спокойно выдержав презрительное хихиканье, ответил Йен, и Кипяток с удивлением осознал, что тот не врет.
Это же отмечала и электроника, анализировавшая тембр голоса и частоту дыхания пленника. А еще Пэн не встречал людей, способных так хладнокровно лгать под дулами «дрелей».
Все же интересный паренек, заинтриговал. Кажется, кандидат Гао сделал верную ставку. За такую находку его ждет место в рядах «сорок девятых».
– Я говорил не про великую Китайскую республику, Большой Брат, – продолжал Денис, глядя прямо в его темные очки, скрывавшие глаза. – Я говорил про комбайн, также именуемый «Императором Шихуанди».
Новая волна ропота пронеслась по кучкам зевак, столпившихся вокруг привратной зоны. Пэн даже вскинул кулак, призывая к тишине.
– Говори.
– На борт комбайна прибыл еще один… «таракан». По фальшивым документам… Не все в Сибири довольны договором между Председателем и Гиляровым. Пришелец работает на террористов, собравшихся атаковать «Императора Шихуанди», – неспешно подбирая слова, закончил свою мысль Денис Йен, склонив голову. – Это он искал меня. Чтобы убить и не позволить помешать им…
На этот раз не смеялся никто, а смятение ощутил и лично Кипяток.
– Атаку на комбайн? Способный противостоять целой армии? Человек, удар которого не сумею отразить ни я, ни комендант Юйдяо? – Отдав пиалу с остывшим чаем «сорокдевятке», Пэн подался вперед. – Я верно тебя понял?
– Этот диверсант хорош. Очень.
Денис отвечал громко, но соблюдая почтительность. Казалось, он понимает, как себя стоит вести в присутствии таких людей, как сам Кипяток.
– Но в конфликт не должны вмешиваться ни вооруженные силы Поднебесной, ни жители Китая вообще. Если о скандале станет известно в Пекине или Новосибирске, «Звездный Путь» замрет надолго. Быть может, навсегда. Это, Большой Брат, совсем не в ваших интересах…
Он не спрашивал – он утверждал, но делал это осторожно, ничем не оскорбив Квон Пэна или других «кобр». Да, экзотическую рыбу поймал Чи Вай Гао, отправив членов «Союза» по следу своего нового товарища… Даже коробило, как гладко и честно Йен вел беседу, что подтверждала и беспристрастная электроника. А может, он работает на Министерство Государственной Безопасности?
– Я способен решить вопрос тихо, без привлечения лишнего внимания… меня этому учили… – словно прочитав его мысли, добавил пленник.
– Кто?
– Этого, Большой Брат, сказать не могу…
Впервые он осмелился перечить Кипятку, но тот лишь улыбнулся.
Мышь показывала зубки, и кошка наслаждалась игрой. Даже если эта мышь из МГБ. Чи Вай Гао, окаменев, наблюдал за беседой с побелевшим лицом. Денис, уловив паузу, продолжил:
– Я остановлю диверсанта. Совсем скоро… до того, как свернется ярмарка под стенами комбайна… он нанесет удар. К этому времени я буду готов.
Вот, значит, что за тревожный сигнал подала Пэну чуткая электроника, когда полукровка взглянул на компьютеры машинистов. Он не боевик – он специалист по сетевой безопасности!
Неужели русские на самом деле готовы взломать сеть «Императора»? Слышать и осознавать это было чудовищно. Особенно с учетом того, насколько тайно велась игра, о которой не знала ни вездесущая Юйдяо, ни ее головорезы.
– А ты, Йен, волей случая не тритон? – пригладив рыжую прядь за ухом, поинтересовался Кипяток. – Не из той братии, что валила сеть перед всемирной катастрофой?
– Нет, я не тритон… – Йен поднял глаза, и босс Триады вновь убедился, что тот честен. – Но, как Большой Брат успел заметить, я и не боец… Я машинист, причем хороший. Если «Союз трех стихий» поможет мне войти в сеть комбайна… я остановлю своего врага. Нашего врага, Большой Брат.
Вот как.
Приведенный в цепях вдруг стал человеком, спасающим бизнес «Алмазной кобры».
Квон Пэн скосил глаза на алтарь, мысленно прося у Будды просветления и ясности суждений. Гао, стоявший справа, был белоснежнее мела – видимо, осознал, во что втянул себя и недавнего товарища…
Кипяток молчал минуту, может, чуть больше. В убежище воцарилась тишина, в которой была слышна только шумящая в банном отсеке вода. Вспомнив о девочках-искусницах, Пэн облизнул губы.
– Ты просишь, чтобы я помог тебе, Денис Йен, – сказал он, потирая подбородок. На пальцах еще виднелись ссадины от недавнего спарринга с очередной «сорокдевяткой». – Но что я буду иметь взамен?
