– Status quo, – незнакомым словом ответил ему полукровка. Выдержке молодого человека могла позавидовать половина «сорок девятых» в этом зале. – Речь идет о внутренних противоречиях Сибирской Республики и борьбе с ее врагами. Для вас же, Большой Брат, не изменится ничего. «Император» продолжит свой путь… ваш бизнес будет процветать, как прежде.
Квон Пэн задумался. Опять надолго, чуть ли не на несколько минут.
Окружение, почувствовав нерешительность босса, заерзало, зашевелилось, зашепталось. Большинство из них скорее всего издырявили бы дерзкого пришельца еще в начале разговора, чтобы не забивать голову лишним. Но глава «Союза» мудрее, потому он и глава. А поэтому не имеет права на скоропалительные решения. Особенно, если в деле замешаны сибиряки, Пекин или МГБ.
– Почему я должен тебе верить, Йен? – Вставая с дивана, Кипяток дал помощникам знак принести свежую одежду. – Ты, жалкий бродяга с примитивной «балалайкой», пытаешься убедить меня, что способен защитить комбайн… Как я могу поверить?
На этот раз раздумывал Денис. Позы не поменял, будто ноги примерзли к полу. Но по уродливому лицу его пробежала целая гримаса, выдававшая бурю сомнений.
«Сорокдевятки» принесли боссу ворох одежды, и тот сбросил халат. Он любил переодеваться перед незнакомыми людьми, догадываясь, какой эффект производят агрессивные объемные татуировки, украшавшие его спину, плечи и живот. Казалось, гигантские кобры шевелятся, перемещаясь по телу Большого Брата. А если у зрителя было хорошее воображение, он слышал даже тонкое змеиное шипение.
На полукровку вид изукрашенного Квон Пэна тоже подействовал. Он сглотнул комок, наконец нарушая молчание:
– Есть другая «балалайка», в тайнике… Способная работать с сетью. И еще, Большой Брат, вы уже наверняка догадались, что я не совсем тот, за кого себя выдаю…
Набрасывая на плечи кожаную жилетку, Кипяток заинтересованно обернулся. Такое в голову босса приходило, спору нет, но нарастающая честность гостя продолжала интриговать. За четыре года Перерождение подарило миру целую армию безумцев, но
– Продолжай.
– Вы спрашиваете, почему должны верить мне? – Будто с театральной сцены, Денис осмотрел зал, задержав взгляд на каждом из зрителей. – Вы, Большой Брат – настоящий господин, держащий на ладони весь комбайн. Человек, от которого не смогла укрыться даже моя миссия, совершенно секретная. Много ли стояло на моем месте людей, врущих вам в лицо? Много ли было таких?
«Сорокдевятки» одобрительно зашумели, инфорсеры переглядывались между собой, ожидая реакции босса.
Тот, склонив голову набок и сцепив на груди руки, продолжал наблюдать за пленником. Щенок не льстил ему, он говорил правду – просто перечислял известные факты. Но как верно все выходило!
– Если в моих словах есть хоть капля лжи, ты убьешь меня, Большой Брат. – Голос Дениса креп, и даже интервалы между словами сократились, а произношение стало чище. – И если посчитаешь нужным, то прямо сейчас! Но прежде чем прикажешь своим людям надавить на спусковые крючки, позволь мне рассказать тебе одну китайскую притчу?
Он просит рассказать притчу? Как приговоренный к казни герой легенды перед лицом злобного и несправедливого царя! Он – неспособный связать двух слов без «балалайки», хочет поучить Большого Брата мудрости народа Поднебесной? Определенно, этот день полон сюрпризов…
Квон Пэн расхохотался, громогласно и долго, не скрывая буйного веселья и даже запрокидывая рыжую голову. Чи Вай, перепуганный этим взрывом, отшатнулся так, что чуть не рухнул с помоста.
Рядовые «сорокдевятки» выжидающе молчали. Инфорсеры же робко улыбались, переглядываясь с тревогой и косясь на Цзи – он всегда был любимчиком вожака. Офицеры точно знали, насколько внезапные взрывы эмоций чреваты
Наконец Кипяток просмеялся. Приспустил на нос очки, утирая слезу. С интересом взглянул на полукровку без электронных фильтров, еще раз удивившись решимости, горевшей в глазах Йена.
– Рассказывай, смельчак…
– Спасибо, Большой Брат…
Приступ смеха несколько вывел Дениса из равновесия, но он сумел быстро восстановить душевную гармонию, взяв себя в руки. Для этого черенок несколько секунд смотрел на алтарь Будды, что тоже не укрылось от Пэна. Юноша молился! Что ж, Традиции сегодня чтят немногие, а это еще один камень на чашу весов его жизни…
– Однажды Главный Священник хотел принести в жертву козленка, – начал Денис, припоминая слова притчи. – Он обнажил нож, а козленок рассмеялся. «Чего ты смеешься? – спросил Священник. – Разве не видишь, что я хочу перерезать тебе горло?» – «Вижу, – отвечал ему козленок. – Сотни жизней я рождался в этом теле, и теперь наконец стану человеком». А затем он заплакал. «Почему ты плачешь?», – спросил его Священник. «Я плачу по тебе, Священник», – ответил козленок. «Сотни жизней назад я тоже был Главным Священником и приносил в жертву козлят». Тогда Священник пал ниц и просил о прощении. И стал Великим Защитником всех живых существ.
