– Спасибо за беседу. Пожалуйста, помоги Энигме всем, чем сможешь.
– Да, мэм, – ответил Алан. – Как дела у Авроры? И у Шажка, конечно.
– Они должны сдать экзамены на Вольте за две недели, оставшиеся до выпуска. Однако другой землянин сделал это первым. Думаю, ты его знаешь. Его зовут Туз.
– О да. Хотя не уверен, что он захочет со мной разговаривать, учитывая последние события.
– Тебя это может удивить, – сказала Элиссандра, – но я часто встречала врагов, которые проявляли дружелюбие после того, как закончилась битва. Никогда не помешает просто поздороваться. И помни, зови меня Элиссандра.
– Да, Элиссандра, – сказал Алан. Он встал и вышел из комнаты, пожалуй, быстрее, чем следовало бы.
***
Когда Алан вышел из лифта, он обнаружил о чём-то споривших Пустоту и Фантома. Энигма с бессмысленным выражением на лице стоял в сторонке.
Комнаты Энигмы располагались на этаж ниже апартаментов Фантома. Здесь, однако, царил полный порядок. Аккуратные ряды инструментов и различных предметов, разложенных с идеальной точностью. В центре комнаты стояли четыре капсулы. На вид они были обычными, хотя Алан отметил, что дизайн капсул, похоже, выполнен в стиле Вернувшихся.
– Мы договаривались, что его голос не будет использован, если мы не придём к общему мнению – это было условием, при котором я согласился на этот фарс, – сказал Пустота.
– Этот
– Прекрасно, – сказал Пустота. Он подошёл к капсуле. – Мы сейчас здесь, так что давай продолжим.
– Я по-прежнему считаю, что это плохая идея, – сказал Фантом.
– Ты предпочитаешь продвигаться вслепую, нащупывая дорогу в темноте? Если нам не укажут путь, мы сорвёмся в глубины ада, даже не узнав почему.
– Скорее я предпочитаю избежать риска, оставаясь на месте. Меня это устраивает, – ответил Фантом.
– Тебя всё устраивает, в то время как массы продолжают находиться в неведении? – спросил Пустота.
– Да. А ещё я не хочу посещать Биржу. Мне там не нравится.
– Почему? Это напоминает о том, что все твои мечты – лишь плод воображения? Или ты боишься потому, что ничем не отличаешься от демонов, которые терзают твою душу?
– Нет, Биржа опасна как ад, и мы понятия не имеем, кто может нас обнаружить там, – сказал Фантом. – Ты действительно не знаешь, кто на нас напал?
– Нет, – ответил Пустота. – У Вернувшихся слишком много фракций, чтобы следить за всеми. Каждая исповедует свою религию, у них есть тайные общества внутри тайных обществ. Там полнейший хаос. Но если мы хотим знать больше, одними молитвами не обойтись.
– Правильно, только что нам даёт посещение Биржи? – задал вопрос Алан. – Нам предложили встретиться с Прометеем и Архивистами. Их помощь понадобится в дополнение к твоей, Фантом, чтобы восстановить Лабиринт Бездны.
– Я не дал своего согласия, и ты с нами не пойдёшь, – заявил Фантом. – У тебя нет разрешения, к тому же это слишком опасно.
– Алан идёт с нами. Есть люди, с которыми он должен встретиться, – сказал Пустота. – Я договорился о разрешении. Вот твой пропуск.
Он достал кубик данных из-под своих одежд и передал его Алану.
Алан осмотрел куб и увидел, что внутри находится виртуальная табличка, так же, как и в кубике, который дал ему Цербер, только здесь табличка была зелёной, а не синей. Ещё тут имелись две серые таблички для Евы и Лямбды, обе с надписью: «ИИ, Собственность Вернувшихся».
– У меня уже есть разрешение и синяя табличка, – сказал Алан. – Человек, пригласивший меня вступить во фракцию Вернувшихся, дал её мне. Для чего она нужна?
– У тебя есть синяя табличка? Это многое упрощает, – произнёс Фантом. – У каждого на Бирже есть табличка, навсегда закреплённая за игровым персонажем. В противном случае порой было бы сложно отличить реальность от вымысла. Сам увидишь. Программы вроде твоих ИскИнов также присутствуют на Бирже. Они обозначаются серыми табличками, чтобы различать, кто человек, а кто нет. Однако не стоит их недооценивать, многие ИИ на самом деле разумны. Даже слишком разумны.
