— Не было никакого выкидыша, — почти беззвучно произнес Рэмерт, не отводя взгляда от Люси. — Ты просто прекратила принимать это идиотское зелье. И попытки самоубийства не было — была интоксикация вследствие слишком резкого прекращения приема. А брат твой, эта сволочь, все знал. Он ведь держал тебя в лазарете, чтобы незаметно свести интоксикацию к нулю и медленно «снять» тебя с «пустоцвета». Люси… я прав?
Она опустила глаза и тихо сказала: «Да». По щекам ее катились слезы.
Рэм рывком поднялся из-за стола и решительно направился к выходу, на ходу застегивая рубашку под горла.
— Рэм, стой! — крикнула Люси, без сил падая на колени. — Не уходи, — ее душили рыдания.
Этна, до этого момента наблюдавшая за всем со спокойствием ничего не понимающего человека, резко бросилась за Рэмом и схватила некроманта за шкирку за секунду до того, как они переступил порог гостиной.
— Куда это ты, дорогуша? — ласково поинтересовалась она, легко пиная Мэйсона под коленку с таким расчетом, чтобы он в ближайшее время о прогулках думал в самую последнюю очередь. — Далеко направился?
Рэм с рыком дернулся, но хватка у Этны, превосходившей ростом некроманта на целых полголовы, была железной.
— Отпусти, — просипел он, полупридушенный воротником. — Я должен убить этого мерзавца… Из-за которого Люси чуть не…
Некромант рванулся изо всех сил, и воротник остался в руках у Этны.
— Стоять! — рявкнула она, и прямо перед носом Рэма дверной проем затянуло живыми побегами. Простейший фокус, но Этна провернула его с виртуозностью эстаминиэль сферы земли. — Кого убить и зачем?
Рэмерт в ярости врезал кулаком по стене из побегов — и это движение словно вымотало некроманта до предела. Обессиленный, он привалился спиной к дверному косяку и прикрыл глаза.
— Юму Касто, старшего сводного брата Люсилль Стамман, наследницы богатейшей алхимической династии. Подумайте сами, — Рэм сжал кулаки. — Разве у студентки, не выбирающейся в город, была возможность приобрести запрещенный препарат? Нет, но его мог сделать ее брат, медик и алхимик. Юма Касто, который автоматически стал бы наследником в случае смерти Люсилль или ее отказа от наследования. А ведь Люси была в шаге и от одного, и от другого… Дорогая, брат говорил тебе, что если ты станешь «простой студенткой», откажешься от наследства, то я женюсь на тебе охотнее?
Люси только кивнула и всхлипнула. На большее ее не хватило.
— Не врет, — подтвердил ведарси, у которого на ложь было врожденное чутье.
…Много позже, когда Рэму подлечили поврежденное колено, когда у Люси сошла на нет истерика, когда Этна наконец расплела стену из побегов, а я магией склеила чайник из осколков, мы услышали полную историю.
Студентка младшего курса среднего звена Люсилль Стамман, дочь владельца одной из самых обширных сетей алхимических лабораторий, была давно и безнадежно влюблена в своего преподавателя, Рэмерта Самани Мэйсона. Собственно, ради него она и выбрала своей специализацией некромантию, а не на алхимию, нарушив семейную традицию.
Делиться горестями первой, неравной и невзаимной, любви со строгим отцом и чопорной мачехой девочка побоялась. Но брат, замечательный, понимающий брат Юма всегда был рядом! Он поддерживал ее, утешал, давал советы… и, в конце концов, познакомил с предметом воздыхания.
Или, вернее сказать, поклонения?
Вблизи Рэмерт Мэйсон оказался еще очаровательнее, чем издали, и теперь Люси готова была удержать его любой ценой.
И тут любящий брат подкинул замечательную идею — с помощью снадобья из безвольника устроить Люси ложную беременность. Только добрый Юма забыл сообщить одну маленькую деталь: при применении этого зелья психика становится нестабильной, а при резком прекращении употребления — вызывает отравление, вплоть до смертельного.
А Люси не смогла обманывать своего драгоценного Рэма долго. И однажды она просто вылила все зелье в уборную.
Через два дня случилась «попытка суицида».
Выжившую после несчастного случая и «потерявшую ребенка» Люси определили к брату на лечение. И он не стал рисковать, доводя начатое до конца. Если бы пациентка скончалась у него в палате, то расследование было бы неминуемым, а уж сторонние люди вряд ли поверили бы в «добрые намерения» Юмы Касто, так и не ставшего наследником.
Ну, а убедить перепуганную девочку в том, что рассказывать любимому правду ни в коем случае нельзя, было парой пустяков.
…Я слушала эту историю — и не могла понять: есть ли предел подлости, есть ли предел жадности? Юма Касто, с такими-то возможностями отчима, мог легко закончить аспирантуру и магистратуру, а потом устроиться преподавать в Академии. Это, конечно, не легкая жизнь наследника значительного состояния, но маги-учителя не бедствовали и были очень уважаемыми людьми.
Но Юме показался гораздо более заманчивым другой путь, с которого надо было убрать одну умную, но безнадежно влюбленную — вот удача! — девочку.
От всего этого оставался мерзкий, гнилостный осадок.
И только вид того, как Рэм, морщась от болей в травмированном колене, утешает Люси, шепча ей на ухо всякие глупости, был как лучик света.
