Никогда раньше мне не приходилось ночевать под открытым небом. На удивление это оказалось приятным занятием: просто сидеть у костра и ни о чем особенно не думать. Над головой раскинулось безграничное, бархатное небо, усыпанное жмурящимися звездами. Столько звезд мне видеть еще не доводилось! Узкие улицы города-гиганта будто отрезали людей от мира, и теперь я с недоверием поглядывал на раскинувшееся вокруг великолепие. На душе было необычайно спокойно. Так бывает, когда ты точно знаешь, что делать.
«
Считалось, что в пустошах крайне опасно, но, как оказалось, россказням верить нельзя. За время нашего пути я не видел ни одного крупного зверя. Равнина, рыжевато-серая, с пучками подсохшей травы кишела маленькими мышами всех мастей, вот и вся живность, не считая насекомых. Стрекотали цикады, посверкивали сверчки и под кустами парили, то и дело угасая и разгораясь вновь, фонарики светлячков. Никогда такого не видал! Это был новый и незнакомый мир. Стоило выйти за городские ворота, и передо мной раскрылась иная реальность, в существование которой я до сих пор не мог поверить.
Привычка спать на мягкой кровати, прижимая к лицу пахнущую чьими-то духами — мимолетным женским касанием — подушку, музыка перед сном, теплая ванна, удобное кресло… все это казалось далеким и невозможным, но сейчас, под этим бесконечным небом мне было всего достаточно.
Дон раскатал три одинаковых, шерстяных одеяла с яркими красными орнаментами, указав мне на мое место, устроился у огня на корточках, помешивая в котелке воду, потом всыпал туда немного трав из коричневого мешочка и отставил котелок к краю углей.
Никакого ужина, никаких удобств, но, признаться, я бы не смог проглотить и куска хлеба. В одном маг был прав: что-то со мной не так, что-то сломалось, но лучше об этом не думать.
По телу пробежал морозец, но это был не ночной ветерок, а холод, родившийся у меня внутри. Я придвинулся ближе к огню, почувствовав на себе пристальный взгляд.
Впрочем, уже очень скоро маги завозились, разговаривая в полголоса, и я украдкой поглядел на них. Мастер осторожно закатал рукав, открывая засохшие разводы крови на смуглой коже. Не огненной, как значилось в легендах, а вполне обычной, побуревшей и запекшейся грязными потеками. На плечо была наскоро наложена потемневшая повязка.
— Летом на равнине даже ничего, — сказал рыжий, протягивая другу флягу. Прежде, чем что-то ответить, тот щедро полил слипшиеся слои ткани ее содержимым, чтобы отмочить, и согласно кивнул.
— Я помню времена, когда люди жили по всей земле, в городах, селах, в пещерах. Не только в семи городах.
— Семь городов были всегда, — добродушно возразил Дон.
— Сколько ты себя помнишь, — поправил Мастер. — Но твой век короток.
— И зачем же тогда построили эти уродливые чудища?
— Чтобы выжить, — казалось, Мастер удивлен невежеством своего компаньона. Я знал правду и мне было смешно недоумение на крупном бородатом лице. — Такой город неуязвим, ему не страшны землетрясения или наводнения. В те времена мир сошел с ума, и людям ничего не оставалось, как применить свои знания напрямую, чтобы остаться в живых. Тогда погибла Серая Птица.
— Я читал в летописях, — согласился Дон. — Как вы не уберегли ее?
— Не все в нашей власти. Бывает, и драконы умирают. Это и было причиной всех бед.
— Почему? — с любопытством вклинился в беседу я. Не удержался, каюсь.
— В драконах слишком много силы, Демиан, — Мастер воспринял мой вопрос как само собой разумеющееся. Не удивлюсь, если этот разговор вообще был затеян только ради того, чтобы я поучаствовал. Впрочем, плевать, интересно же!
— Энергия, высвобождаясь после смерти, проносится разрушительным смерчем над миром, — продолжал пояснять маг. — Нельзя допускать, чтобы драконы умирали.
Мастер плеснул еще немного воды из фляги на рану и протянул мне обтянутый кожей сосуд.
Я перегнулся через костер, взял флягу и жадно глотнул, уверенный, что в ней вода Жидкость обожгла рот и горло, я отдернул руку, с трудом проглотил остатки, закашлялся. Маги дружно засмеялись
— Это не больно? — и не подумав обижаться, торопливо спросил я.
Мастер недоверчиво покачал головой и задал встречный вопрос
— А тебе сегодня было… не больно?
«Да уж, — подумал я, — не стоит всем показывать свои слабости. Но он силен, этот маг, наверняка умеет зачаровывать боль, чтобы ее не ощущать, вот и весь секрет».
Я сделал еще пару осторожных глотков, чувствуя, как медленно согреваюсь и слегка пьянею всего от пары глотков. Пойло это было крепким, пахло какими-то не очень приятными травами.
