Второй день без пищи вымотал меня безмерно. Путешествия в моем представлении должны были быть полными неожиданных радостей и скрытых тайн. В этих фантазиях не находилось места тяжелой усталости и голоду; в мыслях меня не утомляло однообразие местности, а запах конского пота и собственного немытого тела, выпачканного в пыли и крови, не сводил с ума. В том, как я это себе представлял, ремни седел не впивались во внутреннюю часть бедер, а пыль не попадала в глаза, не забивала нос и отвратительно не хрустела на зубах.
Второй день я испытывал жажду, губы потрескались и покрылись неприятной коркой. Все ссадины и синяки постоянно напоминали о себе, стоило пошевелиться или споткнуться коню.
К концу дня, когда до заката осталось всего ничего, на горизонте из гряды облаков вдруг проступили очертания гор Все же, это оказалось много дальше, чем я предполагал.
Что-то тревожное неотвратимо надвигалось на нас с тем, как увеличивались, росли суровые каменные силуэты. Теперь моим разумом владела лишь одна мыль: там, в предгорьях должен был быть привал.
Боль уже давно проснулась в спине, сначала холодом, потом ледяными уколами пронзая позвоночник и всю спину Я чувствовал, как все больше сутулюсь, но молчал, искоса поглядывая на Дона. Просить остановиться при нем не хотелось. Опять осклабится и выдаст одну из своих глупых насмешек!
Солнце коснулось верхушек гор, отбросив на их далекие снежные вершины розовый отблеск, а мне все тяжелее было держаться в седле Внезапно Мастер осадил коня и холодно осведомился
— Молчишь? Тебе это нравиться?
Я лишь пожал плечами, но в глубине души ощутил досаду.
— Я ждал привала, — сообщил я, с трудом распрямляясь.
Маг легко соскочил с коня.
— Что ж, привал Слезай и ложись
Он подошел и дернул моего коня за узду, зазвенев сбруей Тот послушно улегся, подогнув длинные ноги Вот как он умеет, оказывается! Какая неожиданность, особенно если вспомнить, как мне пришлось спрыгивать со связанными руками с жеребца прошлой ночью!
Облизав истрескавшиеся губы, я выбрался из седла, раскидал крупные камни и лег. Дон не шевельнулся, но, словно проявляя незнакомый мне такт, смотрел в противоположную от нас сторону.
— Расслабься, — посоветовал Мастер, присаживаясь рядом — Дыши спокойно и не ерзай
Боли не было. Лишь приятное тепло, сопровождаемое дразнящим зудом поднималось вверх по позвоночному столбу Признаться, так было не лучше, потому что зуд раздражал Время тянулось бесконечно медленно, и так же медленно тепло поднималось к шее Вскоре я решил, что лучше пару минут терпеть боль, чем испытывать это бесконечное, хоть и легкое мучение
— Давай закончим? — предложил я нервно.
— Давай, — просто ответил Мастер, и вспышка огня разорвалась у основания черепа. Маг встал и потер руки одна о другую
— Все, привал окончен, вставай
Остервенело, я ругнулся про себя, не поднимая глаз, пожелав магу много чего «хорошего». Грузно встал и взгромоздился в ненавистное седло.
К предгорьям уже спустились сумерки
Опустилась темнота, когда мы добрались до одним магам известного места привала. Кони прошли по неглубоком ущелью, наполненному шелестом ручья, весело бегущего по камням где-то справа.
— Здесь, — указал Дон. Мастер соскочил с лошади, притопнул ногой и раздраженно отогнал поднявшуюся от травы мошкару.
— Нет, чуть выше, тут болотина, — сообщил он и мы прошли еще с десяток шагов, пока не нашли подходящее для ночлега место. Я потер слезящиеся глаза — чтобы видеть силуэты, мне приходилось напрягать зрение. Тело бил озноб, затылок горел, и я поймал себя на мыслях о бренди и сигаретах, совершенно невозможных теперь, нестерпимо далеких и будто никогда не существовавших.
Соскочив с коня, я заторопился к ручью, с трепетом представляя себе прикосновение холодных капель к потрескавшимся, ссохшимся губам.
«Почему у магов с собой так мало воды?» — вяло подумал я и с наслаждением принялся жадно глотать ледяную воду, до тех пор, пока внутри при каждом движении не стало ощутимо плескаться выпитое. Потом умылся и вылил несколько горстей жидкого льда на пылающую шею От холодного прикосновения боль ослабла, но лишь на несколько мгновений
— Не простудись, — услышал я за спиной голос Мастера
— Да пошел ты, — зло выплюнул я и окунул голову в воду В конце концов надо было размочить слипшийся от крови колтун на виске.
Через мгновение я уже был намертво прижат к земле: Мастер по свойски поставил мне на грудь тяжелое, будто пудовое колено
— Прекрати! — слова мага врезались в мое сознание как пылающие искры — Ты почти мертв! Помни свое место, щенок, и делай, что велено! Если решил снова пытаться бежать, лучше скажи сразу, и я помогу тебе заснуть безболезненно и быстро
Он показал сжатый кулак, демонстрируя способ, которым хотел помочь мне заснуть. Я молчал, гадая, понимает ли он, что меня не пугают праздные угрозы. Тело мое желает жить, пусть оно и борется…
— Отпусти, — потребовал я.
Мы смотрели друг на друга. Казалось, сам воздух скрежетал вокруг. Мастер не отпускал.
— Что?! — словно не веря своим ушам, спросил он.
