— Когда они узнают о помолвке, то решат, что я собираюсь увести у них лакомый кусочек. Что им еще останется? Что бы ты сделала на их месте?
— Устранила врага и забрала себе лакомый кусочек, — ответила, словно на экзамене.
Демоны, а ведь Крис прав! Браслет на моем запястье может послужить катализатором грядущих проблем.
— А ты…
Поднял меня на руки, словно я — пушинка, а не четыре с половиной пуда вредности, и вновь поцеловал. Да так, что я забыла не только об Орувеллах, но и о договоре, лорде Шаррезе, обо всем на свете.
— Буду тебя охранять, — сказал мне, когда отпустил. — А фейерверк посмотрим из Академии!
Умертвий сегодня не спускали — по случаю праздника адептам разрешили вернуться в общежития поздно вечером. Мы остались в парке, и этот вечер был одним из приятнейших за последнее время. Разложили одеяла на траве, смотрели, как в черном небе расцветали магические огни, и говорили. О чужом мире и о его замке, о моем детстве в Хольберге и о людях его клана, заждавшихся Криса на Севере. О том, что я собираюсь учиться на Высшую в столице, а он…
— Моя покойная мама была одной из сильнейших магинь Севера. Она настояла, чтобы я учился в столице. Отец так далеко не пошел, бросил Академию на третьем курсе, вернулся на службу.
— Ты — большой молодец, — похвалила его, получив за это приз — еще один поцелуй.
Разыгрывать влюбленную парочку от часа к часу выходило все проще.
— Закончу учебу и отправлюсь домой. Меня там тоже заждались.
— Овцы? — усмехнувшись, спросила я.
Нет, Сайари Рисааль, не овцы! Он — глава клана Рэнделлов, а это — уйма народа, нервные соседи и огромная ответственность, что легла на него несколько лет назад, когда отец выбрал жизнь в столице и службу королеве, а дед завещал Бьорген и земли, его окружающие, единственному внуку. Его люди, его земля, его замок. Его предназначение. А я… Я заочно поступила на Высшую Магию и собиралась покорить пространство и время, чтобы, быть может, вновь почувствовать близость к Богам и осознать заведенный порядок Мироздания.
Я останусь в столице, с Ильсаром Шаррезом.
Но — когда это еще будет! А пока что…
— Крис, но я не собираюсь все время сидеть в Академии!
— Завтра поедем к моему отцу. Хочу познакомить тебя со своей семьей. Месяц, — напомнил мне. — И, будь добра, помни, что ты любишь меня. Вот так…
И вновь поцеловал меня. Наверное, чтобы не забывала. Я помнила так хорошо, что не могла нормально спать. Ворочалась, металась в кровати, и сны мне снились совершенно бесстыдные. В них царствовал Крис Рэнделл… Целовал меня, да и я не отставала, а затем он стянул с меня и себя одежду и повел по пути порока и божественного наслаждения.
А потом я проснулась.
А потом мы поехали. Сперва к воротам Академии прислали черную карету с гербами Рэнделлов — скрещенные мечи на треугольном щите на фоне высоченных пиков Мерянных Гор. И еще — отряд сопровождения. Крис не собирался рисковать, но я жутко нервничала — вовсе не из-за того, что меня могли похитить, а больше из-за встречи с отцом и молодой мачехой Криса. Пусть старшего Рэнделла знала еще со времен революции и жизни при дворце, но с его молодой женой не была знакома.
Еще из-за своего вида. Голубое платье с золотой тесьмой, низкий квадратный вырез, тяжелое ожерелье — Крис застегнул, когда встретил меня в холле женского общежития. Отошел, полюбовался. Я тоже… Тоже залюбовалась им в парадной одежде, затем поправила его белоснежную тунику. Смутилась, прикоснувшись в его прохладной коже, вспомнив о ночном сне, в котором он был и вовсе без одежды. Поднял вопросительно бровь, желая узнать причину заминки. Но я покачала, отойдя от него на шаг.
— Месяц, Сай! — он взял меня за руку. — Из этого срока вышел один единственный день.
Месяц, так месяц!
К тому же по дороге к воротам заметила худую фигуру лорда Шарреза, разговаривающего с одним из Ищеек. Ректор проводил нас сумрачным взглядом, свидетельствовавшим о том, что он сильно сожалел, что не сделал из меня умертвие, а Криса Рэнделла не прирезали тем вечером Призрачные Тени.
Ревновал, и еще как!
Дернула головой. Сложная прическа — косы, синие ленты и локоны — Тирри провозилась больше часа. Подруга встретила новость о помолвке с Рэнделлом с энтузиазмом. Визжала и целовала меня добрых полчаса, не забывая твердить о чудо-кровати. Затем и вовсе заявила, что, закончив Академию, заберет ее с собой. Украдет и будет сдавать внаем.
— Когда свадьба? — спросила у меня.
— На Имболк, — соврала я, не моргнув и глазом.
Сначала подруге, затем отцу Криса, что встретил нас на пороге трехэтажного особняка с видом на королевский дворец. Михас Рэнделл расцеловал меня троекратно, затем прижал к себе, да так, что я уткнулась носом в расшитый золотом камзол. Вдохнула тонкий запах дорогущего табака, что привозили из Островного Королевства. Затем меня отстранили, встряхнули, вновь прижали и постучали по спине так сильно, что чуть не вышибли дух.
