Жестокие намерения полностью

— А что? Вы медбрат? Врач? Можете ли вы как-нибудь помочь моей подруге, кроме того, чтобы записать ее имя и сообщить медицинским работникам, что она ждет?

— Господи, Крис, — бормочу я. — Будь помягче с бедным парнем.

Он несколько раз взмахивает рукой, показывая, что все в порядке.

— Как вас зовут, мисс? Если вы не были здесь раньше, вам нужно заполнить кое-какие документы.

Кристин без колебаний вмешивается, ее голос резко звучит, когда она отвечает за меня.

— Это Кей Пеннингтон, и она была здесь раньше. А теперь беги.

Мне почти неловко находиться рядом с ней. Когда администратор уходит сообщить медсестре, что мы здесь, я тяну Кристин к стулу и спрашиваю, в чем, черт возьми, ее проблема.

— Такие парни, как этот, — моя проблема, — она показывает большим пальцем на пустое место, оставленное администратором. — Он расслаблен и невозмутим, хотя людям нужна помощь. Это просто смешно. Мужчины всегда меняют свое отношение, как только ты, наконец, их раскусила.

У меня такое чувство, что это не имеет никакого отношения к парню за окном, и я быстро меняю тему.

— Знаешь, кто в последнее время ведет себя по-настоящему непринужденно? Ксавьер.

— Я все еще очень сожалею о той ночи. — Она морщится. — Не знаю, что произошло.

Мы уже обсудили это. Ни с кем из нас ничего плохого не случилось; мы можем забыть об этом.

— Кристин, — терпеливо начинаю я.

Она отмахивается от меня.

— Да, да, я знаю. Все в порядке. Но мне все равно жаль. — Она с извиняющимся видом поворачивает ко мне голову. — Расскажи мне о Ксавьере. Что он задумал?

— В этом-то и проблема: я не знаю. — Я не могу припомнить, чтобы моя жизнь была такой спокойной. Ксавьер не только дал мне пространство, но я даже перестала видеть его в своих снах. Его как будто стерли из моей жизни. — Он ищет для меня Джексона, и благодарна ему за это, но я думала, что он воспользуется этим, чтобы снова влезть в мою жизнь.

Кристин задумчиво кивает, поглаживая воображаемую бороду.

— Да, он был особенно тихим. Это совсем не похоже на Ксавьера.

Ей не нужно говорить мне об этом. Я ожидала, что он будет приставать ко мне после той ночи во время каникул на День благодарения. Это дало ему повод писать мне, звонить и появляться в моем общежитии без предупреждения. Я разблокировала его номер, чтобы он мог рассказать мне, что узнал о Джексоне, но я почти ничего не услышала от него.

Так долго я чувствовала себя в ловушке, задыхаясь под его постоянным вниманием и отказом отпустить меня.

Так почему же из-за его недавнего отдаления я чувствую себя такой… брошенной? Забытой? Я должна чувствовать облегчение, но сомнения омрачают мои рассуждения. Призрак его одержимости преследует меня.

— Это просто не имеет никакого смысла. Как будто он больше не заинтересован. — Лицо Кристин расплывается в понимающей улыбке, и я прерываю ее, прежде чем она скажет то, что, как я думаю, она собирается сказать. — Нет, Крис, — прерываю я ее.

Она все равно это говорит.

— Значит, ты хочешь, чтобы он был заинтересован!

Я закрываю лицо руками и издаю крик разочарования.

— Я не это имела в виду.

— Итак, я не профессионал, — начинает Кристин.

— Тогда не давай мне никаких советов, — отвечаю я со стоном.

Она не сдается и продолжает.

— Но я думаю, у тебя есть чувства к мистеру Маккейду. Старина, возьми меня на кладбище; папочка, прояви ко мне чувства.

— У меня внутри все сжимается, когда я слышу, как ты это говоришь.

Кристин прищелкивает языком.

— Правда? — Она наклоняется, чтобы толкнуть меня в плечо. — Правда?

Мне не нужна эта психологическая чушь. Что мне нужно, так это чтобы в мире все было в порядке. Мне нужно, чтобы мое тело перестало вести себя странно, а моя лучшая подруга перестала исчезать время от времени. Мне нужно, чтобы Ксавьер вернулся к некоему подобию нормальной жизни, и мне нужно, чтобы моя мать перестала звонить мне и спрашивать, как я справляюсь с разводом. Мне нужно повернуть время вспять, на шесть месяцев назад, когда все было предсказуемо, и я знала, как с этим справиться.

Дверь в дальние комнаты со скрипом открывается, и выходит медсестра с картой в руках. Ее туфли на мягкой подошве бесшумно приближаются.

— Кей? — мягко зовет она. Ее голос добрый, но мой пульс учащается от беспокойства.

Я встаю на дрожащие ноги, вытирая вспотевшие ладони о джинсы. Кристин быстро, ободряюще сжимает мою руку, когда я следую за медсестрой.

— Давай покончим с этим, — шепчу я ей. — Пока меня снова не вырвало.

Медсестра слышит меня и хмурится.

— Вам нужно в туалет, мэм?

Я качаю головой.

— Не сейчас, но спросите меня снова через несколько минут. — От стерильного запаха кабинета врача меня подташнивает, но пока содержимое моего желудка остается нетронутым.

Ксавьер

Моя мать собирает секреты, как трофеи, и прячет их подальше, чтобы потом изучить в темноте. Когда я спросил ее о Джексоне, она притворилась невежественной, отмахнувшись от меня под предлогом работы. Но мне было виднее.