Не то чтобы я не хочу видеть Оука Верховным Королем. Хочу. И он им станет. Но есть только один способ сохранить трон к его возвращению, когда он научится всему, что должен знать, а именно — посадить на трон кого-то еще. Семь лет — и Кардан сможет его оставить, отречься в пользу Оука и жить так, как он хочет. А до тех пор ему придется греть трон моего брата.
Лорд Ройбен опускается на одно колено, как и обещал.
— Мой король, — произносит он. Интересно, чего будет стоить его обещание. Он помог короновать Кардана, но неизвестно, чего попросит.
А потом все в зале, начиная с королевы Аннет, королевы Орлаг и лорда Северина, принимаются радостно кричать. На другом конце зала Тарин потрясенно таращится на меня. Наверное, считает меня сумасшедшей: ведь я посадила на трон Кардана, которого презирала. У меня нет возможности объясниться с ней. Вместе со всеми опускаюсь на колени, и Тарин тоже.
Все мои обещания выполнены.
Кардан долго глядит на присутствующих, но выбора у него нет, и он это знает.
— Встаньте, — произносит он, и мы повинуемся.
Я делаю шаг назад и растворяюсь в толпе.
Кардан всю жизнь был принцем Волшебной страны. О чем бы он ни мечтал, он знает, чего от него ждут. Он умеет очаровывать толпу, веселить ее. Кардан тут же приказывает убрать битую посуду, принести новые стаканы и налить вина. Он произносит тост, от которого хохочут все лорды и дамы — «за сюрпризы и за преимущества появления на коронации в стельку пьяным». Я замечаю, что костяшки пальцев на руке, которой он держит кубок с вином, побелели от напряжения, но, кажется, на это обратила внимание только я.
Все же я удивлена, когда он поворачивается и находит меня горящим взглядом. Кажется, что во всем зале нас только двое. Он снова поднимает кубок и кривит губы в подобие улыбки.
— И за Джуд, сделавшую мне сегодня подарок. За который я намерен ее отблагодарить.
Вокруг меня поднимают бокалы, а я надеюсь, что вздрогнула не слишком заметно. Звон хрусталя. Снова льется вино. Опять звучит смех.
Бомба толкает меня локтем в бок.
— Мы вошли сюда, назвав твое кодовое имя, — шепчет она. Я даже не видела, как она прошла сквозь запертые двери.
— Какое? — чувствую себя как никогда уставшей, и в ближайшие семь лет мне вряд ли удастся по-настоящему отдохнуть.
Жду, что сейчас она скажет: «Лгунья». Она загадочно улыбается.
— Как какое? «Королева».
Оказывается, я до сих пор не знаю, как смеяться.
Я стою с тележкой посреди «Таргета», пока Оук с Виви выбирают комплекты постельного белья, коробки с завтраками, джинсы и сандалии. Оук оглядывается вокруг в некотором замешательстве, но не без удовольствия. Берет с полок товары, рассматривает их и кладет на место. В ряду с конфетами он выбирает и приносит в тележку плитки шоколада, желейные бобы, леденцы и пакетики с засахаренным имбирем. Виви его не останавливает, я тоже.
Странно видеть Оука без его рожек, которые по волшебству сделались невидимыми, с круглыми ушками, как у меня. Странно наблюдать за ним в отделе с игрушками, когда он, с рюкзаком в форме совы через плечо, пытается забраться на самокат.
Я знала: нелегко будет уговорить Ориану отпустить его с Виви, но после коронации Кардана она согласилась, что Оуку лучше побыть вдали от Двора несколько лет. Балекин заключен в башню. Мадок очнулся вне себя от ярости — только для того, чтобы обнаружить, что момент для захвата власти упущен.
— Значит, он и правда твой брат? — спрашивает Хизер, пока Оук, отталкиваясь ногой, катит через отдел с поздравительными открытками. — Если сын, то могла бы мне и признаться.
Виви от удовольствия хохочет.
— У меня свои секреты, но это не один из них.
Хизер не испугалась, когда появилась Виви
с ребенком и принялась путано объяснять, почему они должны пожить у нее, и, конечно же, пустила их. Диван у Хизер раскладывается в кровать, и они согласились, что могут спать на нем, пока Виви не подыщет работу и они смогут снять жилище попросторнее.
Знаю, что Виви не намерена устраиваться на обычную работу, но у нее все будет нормально. И даже лучше. В другом мире, учитывая наше прошлое и то, кем были наши родители, я собиралась убеждать Виви сказать Хизер всю правду. Но теперь, если она считает, что ее лучше утаить, я не в том положении, чтобы спорить.
Мы становимся в очередь в кассу. Виви расплачивается за покупки листьями, заколдованными так, что они выглядят как купюры, а я думаю о банкете, превратившемся в коронацию. Перед глазами встает зал с пирующими фейри. Все восхищаются Оуком, который выглядит и довольным, и немного испуганным. Ориана явно не поймет, благодарить меня или дать оплеуху. Спокойная, внимательная
Тарин крепко держится за руку Локка. Никасия страстно целует Кардана в королевскую щеку.
Дело я сделала и теперь должна с этим жить.
Я лгала, предавала и достигла триумфа. Хоть бы кто поздравил меня.
Хизер вздыхает и мечтательно улыбается Виви, когда мы грузим покупки в багажник ее «Приуса». По возвращении в квартиру Хизер достает из холодильника несколько кусков готового теста для пиццы и объясняет, как приготовить пироги каждому на его вкус.
