— Мама ко мне приедет, правда? — спрашивает Оук, укладывая кусочки шоколада и зефира на свой кусок теста.
Я пожимаю его руку, пока Хизер ставит пироги в духовку.
— Конечно, приедет. Считай, что ты здесь с Виви на учебе. Научишься тому, что тебе следует знать, и вернешься домой.
— Как я узнаю, что всему научился, если сейчас ничего не знаю? — спрашивает он.
Вопрос звучит как головоломка.
— Вернешься, когда возвращение станет для тебя нелегким выбором, — наконец отвечаю я. Виви наблюдает за нами и прислушивается к моим словам. У нее задумчивое лицо.
Беру ломтик пирога у Оука, пробую его и слизываю шоколад с пальцев. Он до того сладкий, что я морщусь, но это ничего. Просто мне хочется посидеть с ними еще немного, прежде чем в одиночестве возвращаться назад, в Волшебную страну.
Спешиваюсь со своего скакуна и направляюсь во дворец. Там у меня теперь есть покои: большая гостиная, спальня за двойными, запирающимися на замок дверьми, гардеробная с пустыми шкафами. Мне нечего в них повесить, кроме немногих вещей, взятых из дома Мадока и выбранных в «Таргете».
Буду жить здесь — поближе к Кардану, использовать свое влияние на него, чтобы дела шли гладко. А под замком станет возрождаться Двор теней, разведывательная и охранная служба Верховного Короля.
Они получат свое золото — прямо из его рук.
Чего я пока что не сделала, так это не поговорила с Карданом. Покинула его, отдав короткие распоряжения, а он смотрел со знакомой неприязнью в глазах, достаточно сильной, чтобы почувствовать беспокойство. Но я с ним обязательно переговорю. Мне невыгодно и дальше оттягивать нашу встречу.
И все же к королевским палатам я подхожу с тяжелым сердцем, а ноги будто свинцом налиты. Стучусь, и чопорный камердинер с вплетенными в светлые волосы цветами извещает меня, что Верховный Король пошел в большой зал.
Нахожу его там, развалившегося на престоле Волшебной страны, смотрящего на меня с тронного возвышения. В зале никого, кроме нас двоих. Иду через огромное помещение, и звук шагов эхом отражается от стен.
Кардан одет в бриджи и жилет, сверху сюртук, подогнанный по плечам, резко сужающийся в талии и доходящий примерно до середины бедра. Одежды пошиты из неразрезанного бархата насыщенного бордового цвета; на лацканах и плечах отделка из бархата цвета слоновой кости, жилет выполнен из того же материала. Весь наряд покрыт золотым шитьем, высокие сапоги украшены золотыми пуговицами и пряжками. Вокруг шеи брыжи из светлых совиных перьев.
Черные волосы обрамляют лицо Верховного Короля роскошными кудрями. Игра теней помогает заметить его худобу, длинные ресницы, безжалостную красоту лица.
Я поражаюсь тому, насколько сильно он похож на настоящего короля Волшебной страны.
И пугаюсь, потому что мне невольно хочется преклонить колени; я мечтаю лишь о том, чтобы он коснулся моей головы своей унизанной кольцами рукой.
Что же я наделала? Долгое время он оставался тем, кому я доверяла гораздо меньше других. А теперь должна с ним возиться, согласовывать его желания с моими. И вряд ли клятва послужит надежным противоядием от его сообразительности.
Что же, во имя всего святого, я натворила?
Между тем продолжаю шагать к трону. Стараюсь сохранить холодное, как лед, выражение лица. Он улыбается, но улыбка невероятно надменная и застывшая.
— Год и один день, — напоминает он. — И моргнуть не успеешь, как пройдет. И что ты будешь делать потом?
Я подхожу поближе.
— Рассчитываю уговорить тебя остаться королем, пока Оук не будет готов вернуться.
— Может, я войду во вкус и стану править, — вызывающе говорит он. — Может, я вообще никогда не отрекусь.
— Я так не думаю, — отвечаю я, хотя всегда знала, что такая вероятность существует. Возможно, убрать его с престола будет труднее, чем посадить на него.
У меня с ним договор на год и один день. Один год и один день для того, чтобы заключить сделку на более длительный срок.
«И ни минутой дольше».
Он широко ухмыляется, скаля зубы.
— Не думаю, что стану хорошим королем. Никогда этого не хотел. Ты сделала из меня марионетку. Прекрасно, Джуд, дочь Мадока, я буду твоей марионеткой. А ты правь. Разбирайся с Балекином, с Ройбеном, с Орлаг — владычицей подводной. Ты будешь моим сенешалем, то есть станешь делать всю работу, а я буду пить вино и заставлять подданных смеяться. Может, в качестве прикрытия для твоего брата я и бесполезен, но не жди от меня, что я попробую стать полезным.
Я ожидала чего-то другого, возможно, прямой угрозы. Почему-то мне кажется, что это еще хуже.
Кардан поднимается с трона.
— Иди занимай место.
Голос его исполнен угрозы, от него прямо исходит опасность. Цветущие ветви так густо выпустили шипы, что лепестков почти не видно.
— Ты этого хотела, не так ли? — спрашивает он. — Ради этого всем пожертвовала? Ну, давай. Все это твое.
