- А не догадываешься?
По улыбке Ника можно было прочесть все, что угодно. Пошлости - особенно.
- С кем я связалась?! Ты хоть час без секса прожить можешь?
- С тобой... – Ник повернул голову к окну, задумчиво посмотрел куда-то в сторону, только потом ответил: - С тобой минут тридцать продержусь.
Точный ответ на прямой вопрос.
Мысль о том, сколько же он способен продержаться с другими, резанула по сознанию неожиданно и остро. Мой язык так и просился сегодня, чтобы его укоротили. Хоть на сантиметр. А вместе с усекновением притупили способность чувствовать и думать.
- Мне холодно. А еще... вся одежда промокла до нитки, и хочется есть, - я суетливо схватила свою мокрую юбку и с горьким всхлипом покрутила в руках.
- То есть духовной пищи тебе мало? - Ник вырулил на трассу. Он будто и не волновался, что сидит сейчас в одних трусах, а под ногами на резиновом коврике целая лужа.
- Согласно моей пиар-стратегии вся духовная пища твоя.
Чтобы натянуть липнущую к коже юбку до бедер пришлось разбудить в себе настоящего акробата.
- Твоей щедрости, милая, нет границ! Если бы ты еще не пыталась головой проломить крышу – цены бы тебе не было.
Приподняв зад над креслом, я крепко ухватилась за пояс и потянула выше.
- Не вол-л-нуйся, - почти справилась. - Голова у меня крепкая.
- Крышу жалко. Машина почти новая.
- Что?! - от неожиданности я так резко повернулась, что лбом встретилась с козырьком. Не сильно, но ощутимо.
- Эх, говорил же... - не обращая внимания на мой взгляд "Тебе не жить", Ник завел руку за сиденье и выудил свою майку. - Пока ты не превратила наш седан в кабриолет, надевай.
Не представляла, что из одного вида удивления можно перейти в другой. Куда ж больше! Но Клюев и в этом расширил мои познания о себе. Майка у него была одна - та самая, которую сейчас передал мне. Учитывая, что в мою Ник точно не влезет, получалось...
- Девушкам нравятся полуголые мужики, - этот нахал прочел мои мысли. - Такая возможность порадовать женскую половину нашей гостиницы!
Внезапно осознав, что в нашем дуэте мне сегодня досталась роль Отелло, я чуть не спросила, кого он собрался радовать. Даже то, что это скорее всего шутка, не остановило бы. Рот на замке удалось удержать лишь каким-то чудом.
- Ревность тебе идет. – Ник бросил на меня быстрый взгляд. - Расцветаешь на глазах. Майка идет тоже. У меня в питерской квартире где-то валялась такого же размера, только розовая. С одним итальянским футболистом махнулся. Тебе пойдет.
Моя ревность, шишка, которую скорее всего заработала из-за переодевания, голод и холод - все мгновенно перестало иметь значения.
- Ты считаешь, мне пойдет розовая майка? – я медленно, будто старый проржавевший робот, повернулась в сторону Ника.
- Ну, если тебе не понравится розовая, найдем другую.
- Майку?
- Да. Их у меня там много, полжизни за примеркой провести можно.
Пусть веселый беззаботный тон Ника и не вязался со смыслом сказанного, но у меня словно земля из-под ног ушла. Вместе с креслом и машиной.
Майки?
В его доме?
На полжизни вперед?
Хотелось отмотать время назад и успеть закрыть уши до этих слов. Слишком радостно, чтобы быть правдой. Слишком неожиданно. Запрещенные мысли о будущем, сотни заготовленных и не сказанных фраз, бессонные ночи сомнений – и все разрешилось как по щелчку пальцев. "Майки", "дома" - просто как дважды два!
Парашют, на который не было никакой надежды, открылся перед самой землей. Слезы в подушку и пьяные посиделки с подругами отменились. За окном все еще сверкали молнии, но я не видела ни одной. Я даже дороги впереди не видела. Все, что было перед глазами - мужчина рядом. Как всегда улыбающийся. С теми же сосульками на голове. И, кажется... мой.
***
Ник.
Этот день можно было назвать Днем быстрых решений. Вначале сумасшедшая гонка Лизы, потом спонтанный секс в подсобке, на десерт - старый, поросший быльем пляж вместо уютного номера.
Решение с пляжем было самым быстрым. Еще вечером скажи мне кто-нибудь, что повезу Лизу на дедов обрыв - не поверил бы. Лет десять не приезжал сюда. Вначале было не до того, потом - не хотел видеть новый загородный ресторан на месте старой дачи.
А сегодня с шутливой подачи Лизы свернул, не думая об обидах прошлого. Взяли за яйца, и тут же: "Здравствуй, утес", "Привет, знакомый горизонт". Самое странное - ни злости, ни сожаления, которых опасался, не появилось. Только спокойствие. Словно приехали на новое, только-только открытое место.
Для себя я это мог объяснить лишь магической успокаивающей женской силой. Коктейлем из удовлетворения, радости и еще какой-то незнакомой субстанции.
Остановившись на "красный", я глянул на Лизу. Красный, обгоревший на солнце нос, моя майка, предательски обтягивающая грудь с острыми "выколи-глаз" сосками, босая... Никогда бы не подумал, что одна девчонка способна заменить на отдыхе ораву друзей, шеренгу красоток и вечеринки до утра. А вот - пожалуйста!
