Словно зависимые от какого-то неподвластного мне маятника, эмоции с радости и веселья резко качнулись в сторону восторга и благоговения. Приподнятое настроение вычихалось как хмель в один миг. Даже уголки губ опустились вниз, будто на них подействовало земное притяжение.
- Кусты в порядке. Море, вроде, на том же месте, - пока я с открытым ртом смотрела на уходящее в бескрайний горизонт море, Ник достал из машины наши пляжные полотенца и по-хозяйски расстелил на траве.
- Здесь очень красиво, - словно загипнотизированная, я обернулась лишь на мгновение.
- На закате вообще красота. Солнце ползет за горизонт так медленно, что можно уснуть, не дождавшись ночи.
Отгоняя мысли о том, когда и с кем он был здесь прежде, я обхватила себя за плечи.
- Хочу его увидеть.
- Сегодня?
- Да.
- Если хочешь, увидим, - уступчиво, без единого сомнения. Даже и не верилось, что это тот же Клюев, с которым вечно приходилось спорить и изворачиваться. Магия какая-то, не иначе.
- А ты точно настоящий?
Я повернулась, оставив море за спиной.
- Не веришь?
Моя собственная бешеная, непредсказуемая стихия сидела на полотенцах босая, в одних джинсах и смотрела на меня так, будто за мной ничего не было. Только я и пустота.
Не зная, что ответить, я тряхнула головой. Не положительно, не отрицательно - по-женски - "пойми сам, как хочешь". Тоже по-своему, но Ник понял.
- Иди ко мне, - три слова. Без привычного веселья. Совсем не так, как в подсобке, и не так, как в гостинице.
От предвкушения по телу пробежала дрожь. Может, я большая мечтательница, или от красоты пейзажа расшалились нервы, только это приглашение показалось особенным. Еще не "люблю", но уже "нужна".
- К тебе? - сделала первый шаг.
Ник похлопал рукой по полотенцу.
- К нам.
***
Сколько страсти способен выдержать человек? Не придуманный, книжный, а настоящий, из плоти и крови. Оргазм, другой, третий. Редко больше. Опустошение, как плата, накроет с головой, и не останется никаких желаний.
А если это не страсть? Если что-то другое. Иная форма близости. Когда удовольствие от объятий сильнее, чем оргазм. Когда, простонав на пике наслаждения самое дорогое имя, погружаешься в полудрему и, спустя несколько общих ударов сердца, без движений, без поцелуев снова хочешь плакать от радости. Когда дышишь поцелуями...
Я тонула в ласке Ника. В его влажных настойчивых толчках во мне, в потемневших глазах на пике оргазма, в счастливой благодарной улыбке после разъединения. Я засыпала на его плече и просыпалась от нежных прикосновений.
Время будто прекратило существовать. Вместо него в измерениях пространства надежно обосновались чувства, и катящийся к горизонту солнечный диск спрятался за тучи, смыв границу конца дня. Безвременье. Блаженство. Полнота.
Уже больше нельзя было прятаться. Такой счастливой, как сейчас, я не ощущала себя с далекого детства. Ник был нахалом, самым невыносимым типом на земле, но именно он каким-то невообразимым образом умудрился сломать все мои запреты и страхи.
Всего за считанные дни он снес весь частокол, которым я много лет успешно защищалась от окружающего мира, и вытянул на поверхность какую-то незнакомую, совершенно дикую версию меня. Лизу с огромным опытом титанического преодоления препятствий и, как ребенок, неопытную в радостной беззаботной жизни.
- Спасибо, что привез меня сюда, - не позволяя тревоге завладеть мыслями, я улыбнулась себе в плечо.
- Мм? – Ник сонно покосился на меня и снова уставился на море. – Пожалуйста. Жаль, здесь не покупаешься, но вид неплохой.
- Я, кажется, уже на несколько лет вперед накупалась за... - чуть не сказав "командировку", запнулась. - ...за это лето. А вот налюбоваться такой далью невозможно.
- За городом есть виды и получше. А здесь... Просто море. Волны бегут куда-то, с шумом разбиваются о берег. Ничего особого.
Он будто что-то умалчивал. Умышленно приуменьшал красоту знакомого для него места.
- Думаешь, бегут?
Ник вопросительно приподнял левую бровь.
- А вдруг они догоняют друг друга, - я положила голову на сильное мужское плечо. – Может, как люди, пытаются успеть один за другим. Нагнать, обнять, слиться.
Усмехнувшись, Ник закинул руку мне на талию и прижал к себе поближе.
- Так? – подмигнул.
- Или так. – Его улыбающиеся губы были так близко, что я не смогла устоять. Потерлась о пухлую нижнюю губу. Лизнув, ощутила вкус упругой верхней. Ничего вкуснее в жизни не пробовала. Наркотик. Мой собственный.
- Хочешь сказать, что волны тоже занимаются сексом?
Ник крутанулся и уложил меня на себя. Мой огромный довольный кот снова уступил главную роль. Ни натиска, ни запретов. Безграничная свобода: люби или беги. И как только раньше я умудрялась сбегать от него? И от него ли...
- Не сексом. Волны занимаются любовью. Это все огромное море любви. Со штормами и штилем, с грозами и теплым ласковым дождем. С закатами всех цветов радуги и криком чаек на рассвете.
-Люб-ви? – по слогам, будто слово из чужого языка, повторил Ник.
- Да...
- И эта беда с ними навсегда?
"Беда" заставила меня усмехнуться.
- Ну да... Пока в море есть приливы и отливы.
