У поэтессы Лии Херсонской задрожали колени и от волнения она выронила бутылочку с минеральной водой. Та с глухим прихлопом стукнулась о пол.
Когда чтец, закатив глаза, кончил, по залу прокатились слабые хлопки, последовал еще один стих. Утомившись от столь высокой порнографии, Саша спустился покурить. Уже вчера наступила осень, но погоды в Москве еще стояли летние, шепчущие, душно полыхало солнце, подрагивали зеленые кроны деревьев, с Садового доносился невесомый перманентный гул. Стоя на крыльце, Саша наблюдал, как возле особняка притормозил новенький, с металлическим отливом, «infinity», из него вышел иссушенный человек с волевым лицом, острыми кавказскими скулами и круглыми очочками на глазах-маслинках. В правой руке он нес гитару. Лицо человека было столь знакомо Саше с многочисленных голубых экранов и афиш, что Саша догадался — это Кикаджава! Ему пришлось подвинуться, чтобы пропустить мэтра, от которого несло пряным перцем, гнилыми зубами, водкой и табаком.
Сидя в своем кабинете, Сэм Скотт пригорюнился.
— Мы по уши в дерьме, что подскажешь, Лев Давидыч? — обратил он взгляд к портрету. Троцкий глядел на Сэма строго и с задоринкой — мол, не горюй, товарищ, прорвемся, будет нам еще мировая революция!
На телефоне высветилась скабрезная рожа Джорджа.
— Алло, босс! У нас хорошие новости! Мы нашли парня! Его имя Александр Литвинов. Он оказался нашим подопечным — работал на митинге «Справедливости» в Питере. Проживает в доме номер 40 по Гражданскому проспекту вместе с девицей — Алиной. Девица бывшая проститутка. Сегодня его видели в Москве вместе с дядей, известным оппозиционным активистом, в центре Сахарова. По нашей информации, он скрывается от полиции. Девица, Алина, уехала к матери, в городок Тихвин, у них дома никого нет.
— Это просто великолепные новости! — воодушевился Сэм. — Сдайте его русским ментам да проследите, чтоб закатали его по полной, нам он здесь не нужен. Срочно собирайте группу прикрытия из самых опытных бойцов, поедем к нему за портфелем! Я лично буду участвовать в обыске! Предварительно проведите рекогносцировку местности, сфотографируйте двери, подберите отмычки. Спишем на квартирную кражу. Панк-дебил уже сидит, я надеюсь?
— Вынужден огорчить, босс, панка не найти. Он лицо без определенного места жительства. Пробивали по базам, по картотекам — без пользы. Он часто ошивается на площади Искусств, но каждый раз как за ним высылают наряд, его там нет.
— Установите слежку и задействуйте спецназ. Почему мне все приходится объяснять? Ууу, растяпы!
Отчитав подчиненного, Сэм облегченно выдохнул и облизнулся — он был весь в предвкушении.
В зале уже царил, пританцовывая, легкий ажиотаж. Собравшиеся обхаживали Кикаджаву, предлагая ему свои услуги.
— Чайку вам, горяченького, с бергамотиком? — Нет, спасибо.
— Сигару, сэр? — Кубинскую? — Э-э-э-э… да. — Чтоб я использовал продукт рабства и нищеты?!
