— У нас всегда есть, кем заменить, — усмехнулась Аня и добавила, — я договорюсь с оператором и попрошу Галину выделить мне кого-нибудь из своих ребят. Остальные могут работать в офисе параллельно с основной работой. Пока это все. В общем, не беспокойтесь, я все сделаю.
Михаил так давно не слышал подобных слов и был удивлен, обнаружив, как они ему необходимы. Он широко улыбнулся и не понял, почему девушка напротив вскинула брови.
— Отлично! Тогда в семь я тебя заберу, поедем знакомиться с собственностью.
— После работы? — Анна отшатнулась.
— Ты не можешь выделить время после работы? — спросил Михаил уже серьезно. Он успел поверить, что аукцион в надежных руках. — Мне нужно сделать это быстро, четко и получить максимум возможной прибыли. И я хочу начать как можно скорее. Я передам тебе документы, покажу дом, познакомлю с экономкой и охраной, а дальше работай как тебе удобно. Однако если твои личные дела могут помешать работе, я найду другого сотрудника, — Михаил сделал паузу, — итак, у тебя могут возникнуть личные проблемы?
— Могут, — кивнула Анна, — но я их решу.
— Ты уверена?
— Абсолютно, — подтвердила она.
— Тогда увидимся в семь.
Анна ушла, и Михаил вернулся к работе. Посмотрев на заголовки писем, он почувствовал вину в том, что посмел бросить повседневную рутину в угоду личных дел. Три часа, остававшиеся до конца рабочего дня Анны, пролетели как несколько минут.
Выйдя в приемную, Михаил обратился к Людмиле:
— Позвоните в отдел продаж этой Анне и скажите, что я жду ее в машине на улице.
— Хорошо, Михаил Юрьевич.
Михаил дожидался лифта в одиночестве. Он знал, что у Петра дел столько же, сколько и у него, и офис он покинет разве что ночью. Когда неторопливые створки расползлись, он подумал о том, что в этот час Анна со своей внешностью и комплекцией будет ждать лифта до последнего на их этаже. Он решил остановиться на седьмом и захватить девушку.
Те сотрудники, что предпочитали спуск на одном из лифтов, а не пешком, увидев президента, поздоровались и опустили взгляды. Михаил кивнул знакомым лицам, понимая, что никто не посмеет зайти.
— О, Михаил Юрьевич! — подняла в воздух палец Анна, протискиваясь сквозь толпу. В одной руке был крохотный кофр, во второй жакет. Михаил остановил створки лифта и дождался ее. Когда Анна вошла и встала лицом к дверям, а лифт тронулся дальше, Михаил не сдержал улыбку.
— Нет, я еду домой, что-то срочное? — сказал Михаил, сев в машину. — Я буду дома до утра, можешь заехать.
Михаил с иронией наблюдал, как на коленях девушки засветилась проекция клавиатуры. Прощаясь с Петром, он отметил два факта: Аня никогда прежде не работала в машине — это раз, и она не знает, что президент живет в десяти минутах от офиса дальше в область — два.
— Черт… — сказала Аня, пытаясь ввести что-то с виртуалки.
— Лучше голосом, — заметил Михаил.
Аня непонимающе обернулась.
— Проекционные клавиатуры, они косячат в движущейся машине. Мы приедем через десять минут.
— Нет, я в порядке, — сказала Аня, отворачиваясь от Михаила. Он не сразу понял, что девушка говорит не с ним. — Ну, представь себе, никогда не пыталась печатать в машине. Нет, не домой, — Аня скосила взгляд, — нужно еще поработать.
— Не обращай на меня внимания, — усмехнулся Михаил.
— Сказала гора самолету… — ответила девушка и президент, тихо смеясь, вернулся к работе. — Нет, не в самолете, с чего ты взял? Это было не тебе… Я дома объясню… . Боже, перестань! Только не сейчас!
Аня прикоснулась ладонью ко лбу, словно прячась от внешнего мира. Ее голос стал глухим:
— Я тебе дома все расскажу. Нет, не знаю… Возможно завтра, — Аня вздрогнула и потянулась к уху.
Пару минут они ехали молча, потом Михаил между делом спросил:
— Он тоже армянин?
— Нет, с чего вы взяли?
— Тогда кто он по национальности?
— Таджик.
Михаил засмеялся, а чуть позже спросил:
— Сколько тебе лет?
— Двадцать семь.
— Замечательно! — Михаил продолжил разбирать почту.
— Что замечательно? Какие выводы вы сделали из этих ответов?
Казалось, истерики собеседника минутами раньше не было и в помине.
— Я понял, что ты никуда не сорвешься, не сделав работу.
— Так и есть. Но при чем здесь возраст и национальность?
— Наш восток традиционен и консервативен. Если ты в таком возрасте подключена к игре, а не растишь пяток детишек, хоть пробирочных, хоть натуральных, значит, кто-то из вас этого не хочет. Что это не он по его реакции понятно так же отчетливо, как по твоему спокойствию — что это ты. А значит, ты скорее уйдешь от него, чем не выполнишь взятые на себя обязательства. Это меня и успокоило.
Наступило молчание, машина съехала с шоссе.
— Я надеялась, что это неправда… то, что о вас говорят.
— Что? — не понял Михаил.
— То, что у вас калькулятор вместо сердца.
Створка ворот отъехала в сторону, обе машины президента заехали на территорию и остановились.
— Это правда.
Сентябрь только наступил, а Ольга уже готовилась к отъезду. Часть вещей уже была сложена в сумку, и когда она понимала, что завтра и послезавтра и еще месяц, вплоть до тридцатого числа будут тянуться обычные рабочие дни, ей становилось невыносимо тяжело и противно.
