— Здравствуйте. Как хорошо, что и мои и ваши переговоры записываются: так редко бывает, что информация доходит до адресата без искажений. Что ж, передайте господину президенту, что я с удовольствием вспоминаю нашу единственную встречу и горд оказанной мне честью. Я был рад лично подарить первому лицу нашего государства скромный подарок, который, надеюсь, пришелся ему по вкусу. Я знаю, что господин президент ежедневно проходит медицинский осмотр, но, кажется, в него не входит МРТ. У меня, конечно же, нет оснований опасаться за жизнь горячо любимого и многоуважаемого президента, но наша экология и образ жизни заставляют меня тревожиться за его здоровье, и потому я настоятельно советую пройти это обследование немедля, — Михаил перевел дыхание и продолжил чуть медленнее. — Если меня не подводит память, Океан-3 был уничтожен дистанционным подрывом трех зарядов на корпусе станции. Мои инженеры просчитывали защиту для оставшихся под моим руководством станций, и пришли к неутешительному выводу: несмотря на кажущуюся надежность и защищенность, и Песок-2 и Арктика-1 не намного сложнее стереть с лица земли. Да, конечно гибель научных станций не способна уничтожить LPI, но для «Живого проекта» это будет потеря, не совместимая с дальнейшим существованием. Только «Живой проект» ведет и исследования и выпуск продукции на станциях. Из-за отказа работы с LPI холдинга «Лаварес» в мире больше не существует ни станков для производства оборудования, ни чертежей для восстановления производственных мощностей «Живого проекта». Из-за подобного же отказа наших банковских партнеров, компания была не в состоянии заказать разработку новых чертежей и производство оборудования на другом заводе, а отказ работать с нами буквально всех перевозчиков параллельно с приостановкой лицензии нашей собственной логистической компании, поставил под угрозу выживание на станциях не только живых проектов, но и персонала. Так же готовые партии клонов не имеют возможности покинуть станции и «Живой проект» терпит убытки из-за просрочек в поставках клонов клиентам. В общем, я не хотел расстраивать господина президента подобными незначительными новостями, хотя, думаю, для столь высокопоставленного лица это вовсе и не новости. Но вместе с тем я вынужден предупредить, что и дивидендов от «Живого проекта» в ближайшем будущем можно не ждать, а лучше помолиться о самой возможность дальнейшей работы компании. Теперь только Бог сможет поднять ее на ноги. Доброго здравия и до скорой, я надеюсь, встречи.
Михаил проходил мимо Лены, собираясь в первую переговорную на собрание акционеров. Перед секретарем раскинулась панорама какого-то городского квартала. Михаил удивленно остановился.
— Что это?
— Да, нашла у Люды документы на… ваши личные проекты. Целый квартал, я просто… это вау! Вы купили его для клонов и сотрудников?
— Нет.
— А… ну… как для сотрудника компании, можно мне…
— Нет.
Михаил прошел к двери, но остановился, посчитав необходимым пояснить:
— Я не собирался ни продавать жилье, ни селить там кого-либо из корпорации.
— Но во что же тогда вы вложили эти огромные деньги?
Михаил поморщился:
— Это не было вложением денег.
Михаил опоздал, но этого никто не заметил, потому что не было еще одного акционера — Николая Крышаева. Явное перераспределение веса бросилось в глаза и задело Михаила. Он надел иночи и уткнулся в нескончаемый поток срочных сообщений со всех концов света. Крестный появился через несколько минут и с привычной уверенной улыбкой устроился на своем месте. Когда и после начала собрания Михаил не снял очков, его, наконец, начали замечать. Сообщение от Лены о звонке Высоцкого он получил, уже собираясь убрать один из экранов.
— Лена, чего он хотел? — спросил Михаил, не смущаясь окружающих и кого-то перебив.
— Читаю: «Я готов проанализировать и подтвердить своей репутацией любые файлы на предмет достоверности и принадлежности индивидуума к живым проектам». Оставил контакты.
Михаил с выдохом откинулся на спинку кресла и улыбнулся. Впервые за день он почувствовал легкость в груди.
— Спасибо, Лен. Добавь в мои контакты.
Стянув очки, Михаил вежливо кивнул:
— Продолжайте, Владислав Савельевич.
Вопрос о смещении Михаила с должности Генерального директора все же был существенно обоснован и вынесен на голосование. Проекция Ларисы Сергеевны Королевой на практически всегда пустующем стуле покровительственно осмотрела присутствующих и произнесла четко и громко:
— Против.
Ей не требовалось комментировать свое решение даже для вида или приличия. Никто не посмел возразить. Иванов перевел взгляд на Михаила, и по этому взгляду стало понятно, что он слушает чьи-то инструкции.
Неотвратимо наступил конец рабочего дня и Михаил с удивительным спокойствием и удовлетворением признал, что и этот день он пережил. Что рискованные шаги и безрассудные заявления не только остались безнаказанными, но и возымели действие. Он не только остался главой «Живого проекта», но и успокоился по поводу безопасности матери. Это сражение было выиграно, и маленькая победа придала сил и уверенности.
