Амарант, Фрагария, Корвус, Уртика, Ланисера, Номина, Энгиль, Храдверк, Олеандр, Ксенобия, Ланнус, Кадавр, Лилит, Такамус, Кера, Наарлия. Кто заставил их так застыть, никто не знает. Единоличный, властвующий даже над ними, один-единственный в своем первозданном подобии и всемогущий во всем создатель? Или же сами они пошли на это, и нет ничего выше их воли в этом мире? Остается загадкой, – Торлаг выдержал паузу, приостановившись на время, пока две маленькие светловолосые крохи, пришедшие мгновением раньше, разместятся на табуретах.
Он несколько раз кашлянул в крепко сжатый кулак – обычные сказки и истории про героев и чудищ давались ему куда легче. Однако он продолжил:
– Но как бы глубоко под землей ни находились боги, путь к ним существовал. Через мрак и ужас, страхи и самые изощренные кошмары. Через темную, узкую пещеру в горах, которую сложно было принять за врата, ступив за порог которых ты рано или поздно встретишься с богами. Этим путем и прошел некто из человеческого рода. Некий парень, если верить словам старика. Им владело незнание, и вынеся на себе все грезы пещеры, он не поник, не умер в ней, а все-таки достиг осветленного чертога, в котором с закрытыми глазами и обездвиженно стояли шестнадцать сияющих личин. Не зная, что совершает, он нарушил баланс – пробудил богов. И как только веки их поднялись и прояснился взгляд, разорвали они руки.
Мир пошатнулся и с тех пор больше не ведал идеала. Равновесие пало. Шестнадцать богов, отторгаясь друг от друга, ринулись в разные стороны. Они силою своею пробивали себе выход сквозь землю и каменную твердь горы наружу. Люди и животные в страхе бежали как можно дальше, боясь представить, какой могущественной силой обладает то, что вырвалось на свободу из недр скал…
Трое парней вместе с большим лохматым псом и парой деревянных мечей шли к поляне возле ручья, чтобы немного размяться. Но уже почти пройдя мимо пристройки Торлага, внезапно остановились и подошли ближе. Облокотившись о деревянные подпоры, держащие навес, они стали слушать.
– …Гора тем временем не просто содрогалась, она рушилась. Ее размело, будто кучу опавших осенних листьев первым зимним ветром. И как только боги вырвались из мрака, наконец встретившись с миром, она уже выглядела как долина из россыпи мелких камней, огромных глыб и редких заостренных скал. Магия пещеры, через которую ни один из богов не пошел, вырвалась наружу. Смешавшись с воздухом, она окутала всю долину от ее начала и до самого конца полумраком. Царившие в ней ужасы вырвались на волю вслед за могучими личинами богов, став единственными обитателями каменного королевства. О судьбе парня, который оказался причиной тысячелетий горя и крови, ничего не известно. Возможно, боги убили его на месте, как только он нарушил их покой. Возможно, его завалило обломками горы. В любом случае выжить он не мог.
Нашарив рукой стакан с водой, Торлаг немного испил из него. Несколько еще совсем юных девушек с венками на головах, держась за руки, подошли к его хижине. Они еще издали заметили, что очередную историю мастера по дереву слушают не только малыши, но и парни, которые из его обычных сказок уже давно выросли. Это вызвало у них интерес, и, приблизившись, они тоже начали слушать.
– Боги, получив свободу, предались ей сполна, – продолжил Торлаг. – Они постепенно чувствовали собственную власть и набирали все большую силу. Ощущая предрасположенность к чему-то одному, они развивали свои умения, изощренно переплетая их с миром людей. Попав в небольшое поселение, которое оказалось на его пути, Ланнус не спешил его покидать. Он, закатив глаза так, что остались видны лишь одни белки, погрузился в глубины своего естества. Преобразившись в сотни грязных и порочных мыслей, он разлетелся над поселением, проникая в головы каждого его жителя. Не прошло и часа, как дома горели, а люди убивали друг друга, и ничего не могло их спасти или же образумить. Ланнус стал первым, кто прибег к своим силам ради удовольствия, но далеко не последним.
Последующие несколько сотен лет остались в истории как большое кровавое пятно, в котором смешались боль, страдания и хаос. Восемь из шестнадцати богов предались злобе внутри себя и уничтожали мир людей, разрывая его на части. Идеал первозданности был очернен ими настолько, что до сих пор любая попытка его вернуть кажется невозможной. Простое представление и то дается с трудом. Кера плодила болезни, которые забирали жизни тысячей, выкашивая огромные города, тем самым пополняя армию Кадавра. Облаченный в рунические перчатки до локтей, он шествовал вслед за ней. От одного мертвого города к другому, где из могильных ям он поднимал вспять сваленные туда трупы.
