— Вот и я так думаю. Мне однажды попался раненый с раскромсанной ногой. Я тогда поразился его стойкости. Представляете, он смеялся сквозь слезы. Операция прошла успешно, но через полчаса грузовик, куда его положили, накрыл разрывной снаряд. Ума не приложу, как это могло произойти. Наверное, у каждого из нас своя участь. В другой раз мне на стол положили раненого офицера. Он сплошь истекал кровью. Требовалось немедленное хирургическое вмешательство. Когда я склонился над ним, чтобы подбодрить его, он сказал мне: доктор, сделайте все так, как считаете нужным, но если я умру после операции, в этом не будет вашей вины. Я привел его в порядок за сорок минут.
— Что было потом?
— Он успешно закончил службу. Получил два пулевых ранения, и больше я не видел его. Надеюсь, с ним все хорошо. Ну как? Чувствуете что-нибудь?
— Холод.
— Отлично, так и должно быть. Пожалуй, остановлюсь на вас. Честно говоря, надоело копаться в человеческих телах. Одни и те же оболочки, мольбы, стоны, бесконечные литры крови. Для такой работы потребуются крепкие нервы.
— Хирург — востребованная профессия. Особенно в нынешнее время. Ты мог бы неплохо зарабатывать.
— Увы, но это не профессия. — он покивал. — Это искусство, которое требует жертв.
Через пару минут конечность Варана занемела. Тогда хирург приготовил скальпель и снял эластичный бинт. Он тщательно смазал кисть спиртом и мастерски надрезал с обеих сторон. Варан глубоко дышал. Он испытывал отвращение, оттого что в него проникли инструментом, однако хирург работал мастерски.
— У вас бычья кровь. — говорил он. — Здоровья вам не занимать.
— Тебе виднее.
— Представляю, каково вам сейчас, но мы с вами не можем остановиться на середине, так что потерпите. Вот эту кость нужно поставить на место. Приготовьтесь, я сделаю это на счет три…
Он вправил кость на счет один. Операция заняла не больше тридцати минут. После этого Варан поверил в его мастерство. По завершению хирург ввел в его кисть какой-то жидкий гель, наложил швы, перебинтовал руку свежими бинтами и вколол снотворное. Закончив, он собрал инструменты в сумку.
— Этот раствор ускорит заживления. — заключил он. — Вам нужно недели на три воздержаться от каких-либо кистевых нагрузок. Костям необходимо срастись.
— Мы что-нибудь должны?
— Ровным счетом ничего. Ваша женщина попросила меня помочь. Я не мог ей отказать, вот и все.
— Странно.
— Что именно?
— Странное стечение обстоятельств. Случайно сломанная рука, случайно найденный отель, случайно попавшийся хирург.
— Ничего удивительного. Пути господни неисповедимы.
— Все больше убеждаюсь…
Варан откинулся на подушку.
— Небольшой совет на будущее. — сказал хирург. — Постарайтесь больше не заводить подобных друзей. И как следует берегите руку. Когда вы проснетесь, онемение исчезнет. Теперь мне пора. Всего хорошего.
— Прощайте.
Хирург исчез также хладнокровно, как и появился. Его заменила Басолуза. Варан чувствовал, что теперь ничего не случится. Он был спасен.
— Как ты? — спросила она.
— Смертельно хочу спать. Дай мне вздремнуть, маленькое обстоятельство.
— О чем ты?
— Я шучу, глупышка.
— Где моя винтовка?
— У тебя в тридцать шестом.
Басолуза вернулась в шезлонг, разогретый духотой. Хирург полулежал на старом месте. Его тугие мускулы вновь обтягивала гавайка. В руках он держал бутылку коньяка и стеклянные стаканы.
— Предлагаю выпить за успешную операцию. — сказал он.
— Я непротив. — согласилась Басолуза. — Наливайте ваше пойло.
Находясь в тени, они выпили.
— Вы смотрели его руку? Там что-нибудь серьезное?
— Ничего серьезного. Переломана парочка костей, но я все наладил. Вам не стоит беспокоиться. В этом здоровяке огромная сила.
— У меня плохо получается.
— Выпейте коньяку. И непременно посетите океан. Это потрясающее место, вот увидите.
— Вы там были?
— Всего лишь однажды. Наше командование хотело возвести лазарет на берегу. Позже оно передумало. Командиры опасались, что на берегу войска могут быть легко оцеплены.
— Откуда вы?
— Может показаться смешным, но я не помню. Меня увезли из дома, когда мне было четыре года. Это был небольшой поселок, построенный среди городских руин. Этакая неприметная деревенька.
— Вы скоро уезжаете?
— Сам не знаю, насколько тут задержусь. Возможно на неделю, а то и на месяц.
Хирург пропал спустя четыре дня. Никто в отеле не знал куда именно. Корнаг пожимал плечами, утверждая, что он собрал вещи и уехал в полночь. Мы существовали в Пустынном Приюте около месяца, пока частично не оправилась рука Варана. Мы тупо прожигали зеленые, а Курган и Ветролов познакомились с самками, любя их так, что они не обременились. Тем не менее, мы не стали задерживаться в Приюте. Сделка с Рокуэллом по-прежнему оставалась в силе.
В один из вечеров Варан собрал нас на террасе отеля. Он сказал:
