Если раньше я считала, что у него есть только три облика (человеко-, птице- и змееподобная), то недавно оказалась неприятно удивлена тем, что этот тип еще умеет “смешивать” эти формы, становясь похожим чем-то на выбеленного пернатого демона, крылатого змея, а сейчас вон — самым настоящим драконом.
И при этом сохраняет свои способности.
Ненавижу его.
День шестой после начала Игры
— Что ты творишь?! — гневно шипел Гаруда, низко склонившись надо мной. — Хочешь умереть?!
Я с трудом выдавила из себя кривую усмешку и склонила голову к плечу, пристально смотря в глаза, чей цвет начал менять палитру от ледяного голубого в сторону искристого звездного серебра. С каждым днем мой новый знакомец все меньше походил на то страшное темное чудовище, что навязало мне свою игру. Глаза не единственное, что начало в нем меняться. Прежде непроглядная сплошная аура тьмы, что укрывала его подобно одеялу, истончилась и поблекла, теперь лишь периодически мелькая в складках темной одежды во время движения. Миазмы страха и яростного безумия, сопровождавшие его везде и всюду, также ослабли, постепенно заменяясь на азарт и упоение погоней. Причем его настроение частично захватывало и меня тоже, отчего сдерживаться становилось все сложнее. А срываться мне нельзя. Если я потеряю рассудок и начну бросаться на все, что движется, то если не Гаруда меня спалит на месте, то какой-нибудь залетный монстр, которых мне пока удавалось избегать.
— Решила сдаться? — уже куда спокойнее продолжил мой враг, умерив ярость от моей выходки. — Очень жаль, я только начал получать удовольствие...
— Так чего же ты ждешь? Прикончи меня и дело с концом, — сухо ответила я, игнорируя яркую боль, и нарвалась на недовольный взгляд сверху вниз.
Узкий тонкий клинок с хлюпаньем неспешно покинул мой живот. Уже-не-темный-но-и-не-светлый дух отступил на шаг и слизнул кровь со стилета длинным раздвоенным языком. Его лицо тоже стало куда более разборчивым, если бы не белая рогатая костяная маска, скрывающая вернюю часть лица и половину головы. Серебристо-голубые глаза в прорезях маски нехорошо сощурились, а красиво очерченные губы скривились, демонстрируя кончики острых клыков.
- Берешь на слабо? – также склонил он голову, роняя посветлевшие на несколько тонов пряди себе на грудь. — Я же предупреждал, что ты умрешь, если остановишься. Так зачем ты сама подставилась под удар?
— А ты зачем отвел его в сторону, поняв, что я не стану уворачиваться? – вопросом на вопрос ответила я, зажимая рану.
Не смертельная. Но тем не менее все равно опасная, если кровотечение не остановится.
— Ты нарочно меня провоцируешь, — не вопрос, а утверждение. — Пытаешься манипулировать? Или от слабости тебе рассудок отбило?
— Ни одна из твоих атак не была для меня смертельной, — все тем же холодным тоном заметила я. — Ты только угрожаешь меня убить, но делать этого не собираешься.
Гаруда оскалился.
— Что же ты будешь делать теперь, когда я больше не убегаю и не играю по твоим правилам?
Мужчина поднял меч и быстро шагнул ко мне, направив острие в горло. Я не пошевелилась и взгляд не отвела.
Смерть остановилась в миллиметре от моей кожи.
— Вот как? — медленно произнес Гаруда, отстраняясь будто в замедленной съемке. — Не ожидал, что ты действительно решишь сдаться без боя. Ты за все это время даже не попыталась меня контратаковать! — в его голосе появились нотки обиды. — Это ведь не в твоей природе! Почему ты не поддалась своим инстинктам, как другие мертвецы, и не попыталась напасть на меня в открытую?
— Атака в лоб не принесла бы никакого результата. У нас слишком разный уровень сил. Я не запрограммирована на бессмысленные атаки.
— Но на бессмысленное самоубийство пошла, подставившись под удар, — хмыкнул тот, развеивая клинок.
— Только после того, как убедилась, что ты действительно не желаешь моего уничтожения, — кивнула я. — Бездействие в данном случае единственный верный вариант окончания нежелательного боя.
— Ты говоришь, как робот, — отчего-то насторожился тот, посмотрев на меня куда внимательнее. — И твоя логика... Странно...
Гаруда в последний раз смерил меня нечитаемым взглядом и исчез во вспышке мгновенного перемещения, оставив в одиночестве. Впервые за несколько дней беспрерывной погони оставил в покое.
