Йонелле и Фабио тесно общаются вот уже четыре месяца. Они часто встречались в недостроенном здании на Тауберштрассе. Строительные работы в доме почти год назад были приостановлены из-за банкротства застройщика. В прошлую пятницу они тоже пришли туда и сидели на третьем этаже, потому что там вставлены окна и не так холодно.
– Мы просто сидели и болтали, – сказала девушка, смахнув с лица прядь волос. – И вдруг внизу послышался какой-то шум. Мы запаниковали, потому что подумали, что это риелтор или владелец здания. Исчезнуть мы уже не могли и поэтому спрятались за мешками с цементом. Мужчина поднимался по лестнице, – продолжал Фабио. – Мы видели его через ступени. Он осмотрелся и пошел в комнату, окно которой выходило на дом. Пробыл там всего пару минут и потом спустился на этаж ниже. Мы слышали, как он что-то переставляет. Ну да, а потом ушел. И мы вслед за ним.
– Как он выглядел? – спросила Пия. – Во что он был одет?
– Я не знаю. – Йонелле пожала плечами. – Я внимательно не рассматривала. Но все шмотки были черного цвета – шапка и сверху капюшон.
– Черные джинсы и темно-синяя куртка, – уточнил Фабио.
– У него была борода, – вспомнила Йонелле.
– Нет, просто он был небрит, – поправил ее Фабио. – Это не настоящая борода, так, немного щетины здесь.
Он провел указательным пальцем над верхней губой.
– Усы? – помогла ему Пия.
– Да, точно.
– Сколько ему лет? Как вы считаете?
– Довольно старый. – Йонелле неуверенно посмотрела на своего друга. – Где-то сорок. Или даже старше… я не знаю.
Довольно старый! Да, спасибо, подумала Пия саркастически.
– Что было дальше?
– Он долго что-то переставлял, – ответил юноша. – Я подумал: «Эй, мужик, исчезни, наконец». У меня в четыре была тренировка в футбольной секции, а тренер всегда очень сердится, если кто-то опаздывает. Когда этот тип все-таки ушел, мы помчались вниз, и я поехал на мотоцикле на тренировку.
– А я хотела идти домой, – продолжала Йонелле, – но потом решила купить чего-нибудь вкусненького на заправке ГЕМ. Я пошла вверх по Эльбештрассе и на круговой развязке над Северным кольцом увидела, как этот тип садится в машину на парковочной площадке рядом с заправкой ГЕМ. В старый «Опель» темно-синего или черного цвета. Я запомнила номер, сама не знаю, почему. Может быть, потому что он был не местный. И тип этот был какой-то очень странный.
Она назвала номер машины: MTK – WM 177.
– И ты совершенно уверена, что это был именно тот мужчина, которого вы видели в доме? – спросил Боденштайн.
– Да, на сто процентов, – кивнула Йонелле.
– Ты очень наблюдательна, Йонелле, – улыбнулся Боденштайн. – Большое спасибо вам обоим, что вы нам позвонили.
Молодые люди улыбнулись немного неуверенно, но в то же время гордо. Когда-нибудь история о свидетельских показаниях криминальной полиции сделает их героями в кругу друзей. Йонелле немного замялась.
– Э-э-э, скажите, не могли бы вы еще поговорить с моими родителями? – попросила она Боденштайна, хлопая широко открытыми глазами. – Я имею в виду, насчет Фабио.
– Я думаю, это уже сделала фрау доктор Фрайтаг, – заверила девушку Пия. – У вас не будет неприятностей.
* * *
