Жизнь и чудеса выдры полностью

Фиби разбиралась в людях гораздо лучше, чем он. Ну что ж. Он сделал все что мог. К тому же скоро он снова увидит Кристину в питомнике.

Их тени тянулись за ними по тропинке. На питомник опустилась тишина. Последние посетители ушли, но в воздухе Фиби все еще ощущала, почти физически, скопившуюся за день чужую радость. Для нее было честью находиться здесь в этот час. Пока все шло по плану, и ей это нравилось.

Высадив Фиби у питомника, Эл несколько раз обменялся с Кристиной улыбками (застенчивыми, саркастичными и откровенно кокетливыми), после чего они поговорили о кошках, выдрах и всякой всячине, и ее отец лишь слегка напортачил, хрустнув костяшками пальцев во время повисшей паузы. Фиби решила провести с ним воспитательную беседу. Но Элу пора было ехать назад, поливать сад и готовить ужин, поэтому Кристина предложила отвезти Фиби домой, как только им наскучит рисовать выдр.

Отец уехал, а Кристина принялась болтать, фонтанируя эмоциями:

– Я так счастлива, Фиби! Сегодня утром я проснулась, а у меня под боком сопит мой самый дорогой и любимый пушистый комочек! Жизнь снова стала за-мур-чательной!

– Я рада за тебя.

– Знаешь, раньше я страдала от жуткой депрессии и курила как паровоз, пока не открыла для себя йогу и осознанность. Когда Мява пропала, я почувствовала, как тьма снова сгущается надо мной. Даже купила пачку сигарет. Разве что выкурить не успела, но я уже была на грани срыва. У меня нет слов, чтобы описать, как я благодарна вам с Элом.

– Особенно Элу.

Кристина пропустила последнее замечание мимо ушей. Слова лились из нее без остановки:

– Это такое облегчение, ты себе не представляешь. У меня будто камень с души упал. Мне хочется петь и танцевать. Или хотя бы просто отпраздновать! – Не знает границ радость женщины бальзаковского возраста, к которой вернулась сбежавшая кошка. – Что скажешь, Фиби? Отметим это вегетарианскими сосисками с домашними огурчиками?

– Давай, если ты этого хочешь. Отличная идея.

– Тогда договорились: барбекю быть! Жди приглашения!

Фиби постаралась сымитировать энтузиазм, слабо пискнув «Ура!». Домашнее барбекю звучало как что-то, что в любой момент могло перерасти в оживленную вечеринку с толпой людей, громкой музыкой и неясными ожиданиями. Но если она скажет Элу, что плохо себя чувствует и не хочет идти, он тоже не пойдет из солидарности и упустит такой шанс.

В офисе Кэрол запирала входные двери, в то время как Руперт подсчитывал дневную выручку. Фиби и Кристина направились прямиком к монитору, чтобы взглянуть на Коко. Выдра спала, свернувшись калачиком на соломенной подстилке, совсем как маленький котенок. Когда она сопела, ее бочка мягко поднимались и опускались. Она перевернулась на спину и вытянула задние лапы.

– Я покормлю ее, если можно, – обратилась Фиби к Кэрол.

Кэрол кивнула:

– Будь добра, покорми заодно и других выдр. Ты знаешь, где что лежит.

Видимо, Кэрол считала, что ее любовь к выдрам уменьшится, если как можно чаще заставлять ее возиться с дохлой рыбой. Но Фиби знала, что этого не произойдет. Она не страдала брезгливостью, однако орудовать ножом было физически тяжело. Тем не менее ей хотелось проявить себя перед Кэрол, поэтому она проглотила еще одну таблетку обезболивающего, пока никто не видел, и достала из холодильника сырые рыбные туши. Она натянула резиновые перчатки, собралась с духом и вонзила нож в светлое мясо, не обращая внимания на острую боль, пронзившую плечи.

– Боже, ну и мерзость! Как тебе не противно? – поразилась Кристина и скорчила гримасу, когда Фиби бросила в ведро охапку склизких розовых внутренностей.

Фиби натужно усмехнулась.

– Ты же как-то кормишь Мяву.

– Да, но корм для Мявы продается в аккуратных, герметично запечатанных пакетах и выглядит как бесформенное месиво непонятно чего, так что мне не приходится думать об этом как о чем-то некогда живом. Но эти куски рыбы просто отвратительны. – Она сделала шаг назад. – Найди меня, когда закончишь. Я пока установлю мольберты.

Коко сразу проснулась, услышав приближение Фиби. Она подняла голову и радостно взвизгнула, понимая, что сейчас ее напоят теплым молочком. Фиби осторожно взяла ее на руки и подставила бутылочку. Она держала ее дольше, чем следовало, зная, что с появлением Пэдди общение Коко с людьми будет сведено к минимуму.

– Привет, Коко. Я, кажется, начинаю потихоньку привыкать к жизни в социуме. И все это благодаря тебе. Благодаря тебе у меня вообще есть жизнь в социуме. Что ты на это скажешь?

Коко завиляла хвостом и продолжила сосать из бутылочки.

– Ты мной гордишься? – Фиби сама не была уверена, что чувствует по этому поводу. Впрочем, в долгосрочной перспективе это наверняка пойдет ей на пользу. – Судя по всему, мне придется пойти на барбекю к Кристине. Будем надеяться, что она не позовет слишком много народу. И что она и дальше будет благодарна папе.

Коко посмотрела на нее умными глазками, вцепилась в бутылочку уголком рта и продолжила пить молоко.