Внезапно она заметила огромную темную фигуру, быстро движущуюся слева от нее. Прежде чем она успела сообразить, что к чему, фигура налетела на ее мольберт, сбив его на землю, а затем перемахнула через ограду и оказалась в вольере.
– Вот черт! – послышалось издали.
Раздался одиночный, возбужденный, пронзительный лай. Выдры бросились врассыпную.
Лапы и хвосты замелькали перед Фиби. Она с ужасом поняла, что собака, здоровая немецкая овчарка, гоняется за Роуэном по всему вольеру. Слева от нее Кристина испугано ойкнула, а затем они обе начали кричать во все горло. Рядом с ними возник худощавый молодой человек в хаки. Тоже крича, он полез через ограду.
Роуэн бросился к своей клетке и сумел ускользнуть от овчарки, но та переключила свое внимание на Кверкуса. Кверкус, ощетинившись, на долю секунды застыл перед своим врагом, прежде чем развернуться и броситься наутек, спасая свою шкуру. Пес бросился за ним, высунув язык и обливаясь слюной.
– Нет! – взвизгнула Фиби. – Боже, нет!
Молодой человек перекинул одну ногу через ограду. Он звал собаку и размахивал поводком, но в панике, похоже, сам в нем запутался. Поводок каким-то образом обвился вокруг его ноги.
– Боз! – закричал он, пытаясь высвободиться. – Боз! Живо ко мне!
Собака проигнорировала его. Ее челюсти щелкнули в дюйме от хвоста Кверкуса. Сердце Фиби бешено колотилось в груди. Все остальное внутри застыло в шоке.
Позади нее послышались шаги.
Кэрол. Она была в резиновых сапогах, а ее руки до локтя защищали толстые кожаные перчатки.
– Стоять! – прикрикнула она, стаскивая парня на землю.
В считанные секунды она перемахнула через ограду и оказалась в эпицентре потасовки. Она бросилась собаке наперерез, изловчившись, схватила ее за ошейник и дернула назад. Все трое наблюдателей умолкли, пораженные ее напором и выдержкой.
Она подтащила пса к калитке, отперла ее и вышла из вольера.
– Забери его, Сет! – приказала она парню голосом, похожим на раскат грома.
Его лицо приобрело пунцовый оттенок. Запинаясь, он начал извиняться, распутал поводок и пристегнул его к ошейнику своей собаки. Он погладил ее по голове.
– Хороший мальчик, – пробормотал он, доставая из кармана собачье лакомство.
– «Хороший мальчик»! – негодующе фыркнула Кристина. – Как бы не так!
– Просто уходите отсюда! – бросила Кэрол.
Уперев глаза в землю, чтобы не встретиться с ними взглядом, Сет немедленно подчинился, и овчарка послушно затрусила за ним, выглядя весьма довольной собой.
Кэрол принесла ведро и стала бросать выдрам рыбу, чтобы отвлечь их от такого потрясения. Роуэн и Кверкус съежились в своей клетке, но вскоре желание полакомиться рыбкой возобладало, и они выползли наружу.
И тут, словно подкопив силы для этого момента, на Фиби обрушилась лавина боли. Она невольно застонала.
Кристина, собиравшая их мольберты, выронила их и приобняла ее одной рукой.
– Думаю, нам всем нужно выпить чаю. Ты не возражаешь, Кэрол?
– Конечно. Роуэн и Кверкус уже в порядке. Я тоже пойду с вами.
Они направились в комнату отдыха. У Фиби скрутило живот. Когда она опустилась на стул, приступ новой боли прошил ее позвоночник.
– Кто-то оставил заднюю калитку открытой, – процедила Кэрол, внося поднос. Она осуждающе посмотрела на Фиби.
Фиби точно знала, что после визита к Коко она закрыла за собой калитку, но не чувствовала в себе сил защищаться.
Кэрол со стуком поставила поднос на стол.
– Поверить не могу, что это опять произошло.
– Опять? – слабым голосом переспросила Фиби, дрожащими пальцами принимая у нее чашку.
– Не обращай внимания, – вмешалась Кристина. – Выпей чай, передохни минутку, а потом я отвезу тебя домой.
Кристина все правильно поняла. На сегодня Фиби иссякла без остатка.
Когда они подъехали к коттеджу Хайер-Мид, Кристина не задержалась, сказав, что ей нужно проведать Мяву. В коридоре на Фиби обрушился стробоскопический эффект мигающей лампы. От этого ей стало еще хуже, чем было весь вечер.
– Прости, – пролепетал Эл. – Я уж было думал, что точно починю этот светильник, как только закончу с поливкой и ужином, но я битый час потратил на поиски проклятой отвертки. – Он внимательно посмотрел на нее и прищурился. – Ты в порядке?
С минуту она не могла подобрать подходящего слова, но потом одно пришло ей в голову.
– Камуфляжно, – пробормотала она. – А ты?
– Инопланетно, спасибо, – ответил он, довольный сегодняшним выбором лексики. Потом, заметив ее страдальческий вид, он заключил ее в теплые объятия.
Ей отчаянно хотелось спать. Она слишком устала, чтобы есть бефстроганов или просто рассказать ему о том, что произошло. Она выпила две таблетки обезболивающего и сразу легла в постель, хотя было всего семь часов.
Однако заснуть ей так и не удалось, в голове пульсировала боль, и она снова и снова мысленно прокручивала события вечера.
