Александр Александрович Стырно, кроме того, что сразу же, узнав о случившемся, дал телеграмму в Хабаровск, куда к зиме съезжаются после полевых работ все геологи Дальнего Востока, еще немедленно поставил обо всем в известность первого секретаря райкома партии Александра Максимовича Софронова. Так здесь уже повелось — и Софронов, и Стырно, и другие руководители большого таежного района даже не представляют себе дел более неотложных, чем необходимость срочно, подчинив этому все средства, начать поиск людей, заблудившихся в тайге.
Впоследствии было подсчитано, что поисками была охвачена площадь в 18 тысяч квадратных километров.
Они шли уже несколько дней. Тропа была во многих местах изрезана вездеходами, их глубокие следы уходили в разные стороны, и каюры из-за этого часто сбивались с пути. Они вышли по чернотропу, но через несколько дней повалил сильный мокрый снег, с океана надвинулся густой туман. Однажды они попали на большое пожарище, и им пришлось пробираться через завалы. Три дня они искали тропу, а снег усиливался — живая белая стена. Потом они нашли тропу охотников, со старыми капканами, местами ночевок. Как-то ночью услышали сильный треск веток, лай Мальчика и Тюльки. Схватили карабины, фонари — к ним пришел медведь. Это был первый визит косолапого, но пока что визит безобидный. Второй оказался драматичным. Они остановились у озера Бокан. Снова шел мокрый снег, а потом полил дождь. Всю ночь гудел ветер. Озеро Бокан находится на мари, как называют здесь заболоченную местность, к озеру подступают сопки, и олени ушли к вершинам сопок искать корм. Ребята пускали оленей пастись только связанными по нескольку голов, так как в поисках грибов олени разбредаются в разные стороны — попробуй потом собери. В эту ночевку олени тоже паслись, и к одной тройке пришел медведь. Утром ребята обнаружили у вершины сопки следы нападения: все три оленя были задраны. Остальных пришлось искать несколько суток — разбежались.
Однажды задержались прямо на мари: дожди начались невероятные, в палатке пережидали. Места болотистые, тропа не сплошная, пропадает, а как гари начались, совсем тропу потеряли. Потом нашли, но оказалось, что это другая тропа…
Анатолий Попов: «Геологи нам карту местности дали. Но там главное русло не обозначено. Речек много, а какая куда впадает, не разберешь».
Сперва они переправились через Галам. Это была одна из самых опасных рек. По праву старшего Анатолий первым проверил брод. Олень еле-еле доставал дно под тяжестью Анатолия. Ледяная вода толкала упруго и сильно. Остальные олени переправились вплавь. Затем ребята, промокшие, ехали несколько километров, пока не нашли корм для оленей. Тогда только устроили привал.
…Время шло. Они достигли речки Гербикан и здесь вот, приняв Гербикан за речку Шевли, сбились с пути… Идти становилось труднее и труднее и в конце концов стало невозможно вообще. Снег набивался через верх в резиновые сапоги, олени проваливались по живот, и погонять их становилось все труднее и бессмысленнее.
Они разбили палатку и в эту ночь устроили первое совещание. Как двигаться дальше?
— Мы должны попытаться смастерить хотя бы одну пару лыж, — сказал ребятам Анатолий.
— Почему только одну? — спросил Виктор-младший. — А как нам двоим идти?
— А почему ты решил, что я буду один идти на лыжах? Будем идти по очереди. Нужна одна пара, три делать долго…
Они нашли хорошую ель, вырубили топорами короткие доски, а потом обработали их ножами. Подержав в расщелине концы «лыж» в таком положении, что они загнулись, каюры тронулись в путь. Впереди на лыжах шел Анатолий, по мягкой лыжне за ним шли олени без вьюков и делали лыжню плотной. Следом шли олени навьюченные и еще сильнее утрамбовывали лыжню. Замыкали колонну ездовые олени, на которых ехали верхом оба Виктора. Эти олени уже шли словно по твердому насту. Потянулись дни за днями — каждый день лыжники менялись.
Это изобретение, достойное высшей похвалы самых опытных каюров, было безусловным спасением в тех обстоятельствах, в которых ребята оказались.
Они потеряли счет дням…
С самолета уже были обследованы бассейны полутора десятков рек. В исходную точку, откуда ребята начали свой путь, забросили на вертолете поисковую группу во главе с Ильей Захаровичем Макаровым — отцом Виктора. «Я больше не могу ждать, — сказал Макаров-старший Владимиру Петровичу Слепцову, — ты ищи на самолете, а я пойду по земле». Но они смогли обследовать только водную переправу на приустьевой части реки Ира. Внезапный снегопад остановил их движение: снег покрыл тайгу, сопки и замерзшие реки слоем свыше метра…
Однажды к вечеру, когда парни перешли через очередную речку и сделали привал, Виктор Макаров сказал: «Все. Делим последнюю лепешку».
Кончились мука, сахар, соль. Потом вообще все кончилось. Пришлось забить оленя. Потом они подстрелили двух лосей. У них осталось семь патронов.
Они укрывали головы тонкими мешочками из-под продуктов. Сделали унты из переметных сумок — теперь они были в брезентовых унтах… Снег не попадал больше сверху, но ступни ног стыли от мороза.
