Твои родные 180 плюс шпильки. Безупречный светло-коричневый брючный костюм и голубая рубашка. Роскошные гладкие прямые волосы, непринужденно разметавшиеся по плечам. Переливаются миллионом сочных оттенков. Вряд ли выгорели на солнце — скорее всего, мультитонирование в дорогом салоне. Судя по всему, теперь ты можешь это себе позволить. Тонкие космического вида и цены солнцезащитные очки закрывают пол-лица. Ты идешь, непринужденно двигаясь в толпе, одной рукой прижимаешь к уху телефон, в другой — закрытый пластиковый стакан с кофе. Высокая, эффектная, самоуверенная женщина. Воплощение бизнес-леди. На тебя обращают внимание, тебе уступают дорогу. Ты же — не обращаешь внимания ни на кого, разговариваешь по телефону.
Я не поверила своим глазам. Растерялась. Неужели… вот так, случайно, после стольких лет, встретить тебя на улице, в толпе? Стояла и смотрела, как ты проходишь мимо. Окликнуть или промолчать? А, может быть, это и вовсе не ты? Пока мысли беспорядочно метались в голове, мои губы, как это с ними часто бывает, приняли решение сами.
— Дарина?
Проходишь мимо, не останавливаясь. Не услышала? Наверное, ты же разговариваешь по телефону. Оборачиваюсь тебе вслед и вижу… Ты стоишь в паре метров от меня и так же, обернувшись, смотришь на меня сквозь дымчатые стекла очков. Отнимаешь телефон от уха, указательным пальцем опускаешь очки на кончик носа. Твои огромные голубые рентгеновские глаза. Это все-таки ты, Дарька…
— Лера?..
Нахожу в себе силы лишь кивнуть. Ноги меня не слушаются. Твои, видимо, более послушны, потому что, сделав пару шагов, подходишь ко мне. Забытый телефон в твоей руке что-то вещает. Спохватившись, бросаешь в трубку:
— Я перезвоню, — и, сунув его в карман пиджака, уже мне: — Неужели это действительно ты, Лера?
Кривовато улыбаюсь.
— Я. Что, так сильно изменилась?
— Мммммм… — вскидываешь очки на лоб, смотришь внимательно. — Нет. И … да. Повзрослевшая Лера. Но узнать можно.
— Ты тоже… — не знаю, как сформулировать — ни голова, ни язык меня не слушаются, и отказываются работать.
— Какими судьбами? — похоже, ты лучше меня справилась с первым изумлением.
— У нас встреча. Десять лет выпуска. Вот, приехала. А вы группой разве не собирались?
Хмуришь брови.
— Да, точно! Звонил же Богдан. А у меня… не получилось. В командировке была. В Ганновере. Только во вторник вернулась.
Командировка, понятно. В Ганновер, ну, конечно, куда же еще, не в Житомир же…
— Торопишься?
Это ТЫ меня спрашиваешь? Это у тебя такой вид, будто твой день расписан по минутам.
— Нет, не особенно, — отвечаю.
— Может, посидим где-нибудь за чашечкой кофе? Поговорим? Столько лет прошло…
Десять, Дарина, десять лет прошло.
— С удовольствием.
Ты трешь переносицу, оглядываешься по сторонам.
— О, точно! Вон там неплохая кофейня. Не отравят, по крайней мере.
— Вам зал для курящих или некурящих? — нам приветливо улыбается девушка на входе.
— Для курящих, — отвечаешь ты, не соизволив даже поинтересоваться моим мнением. Характер у тебя, как я погляжу, нисколько не изменился.
Устроившись за столиком, в отместку тебе, первая, достаю из сумочки сигареты и закуриваю. Не ожидала? Похоже, что не ожидала, но не комментируешь.
Я не курю, собственно. Иногда, на нервной почве или на пьянках-гулянках. Вот последний год только… стала курить чаще.
— Ну, как ты? Рассказывай. Как встреча прошла? — смотришь на меня сквозь сигаретный дым. Бросаю взгляд на серебристую пачку твоих сигарет. Ого, Richmond … Впрочем, видно, что можешь себе еще и не такие позволить.
— Да отлично, почти все пришли. Посидели, выпили. Потрепались, потанцевали. Душевно. А ты как? Видишься с кем-то из ваших?
— Да почти с половиной… Так или иначе. Мир тесен. Все более или менее на виду.
— С Богданом общаешься?
— О, Богдан — это …
Тебе перебивает телефонный звонок. Бросаешь взгляд на мобильник, лежащий на столе.
— Извини, — отвечаешь на звонок, нам, тем временем, приносят заказ.
Закончив разговор по телефону, из которого я не поняла и половины, продолжаешь:
— Ты Богдана не видела!
— Зато я видела Галю…
— И как?
— Упитанная…
— Вот именно, — ты слегка усмехаешься, и хотя улыбка чуть заметная, а глаза — глаза холодные, все равно… Как я люблю, когда ты улыбаешься. У тебя невероятно красивая улыбка. И ямочки на щеках… — А Богдан — тот вообще… Галя его раскормила. Моих длинных рук не хватает, чтобы его обнять. Такой… солидный.
— Он вроде бы в банке работает, Галя говорила?
— Да. ИТ-Директор. Двое пацанов у них, знаешь?
— Знаю, Галя рассказывала.
— Миха тоже в банке работает, только в другом. На аналогичной должности. Миху помнишь?
— Конечно, — усмехаюсь, — как не помнить.
— Ну, а ты как? Где работаешь? Замужем, вроде бы, я слышала?
Ровный тон, вежливые вопросы. Сама безупречность. Как же ты изменилась, Дарина…
— Да, замужем. Уже почти восемь лет, — тот факт, что до восьмилетия наш со Славой брак не дотянул, я решила не уточнять.
— Детки?
— Пока нету.
Не комментируешь этот факт никак. Тактичная стала, даже не верится.
— Чем занимаешься?
Отчаянно не хочется сознаваться тебе, что я всего-навсего секретарша, хоть и очень квалифицированная.
